Собеседник Первого Информационного – замминистра финансов Армении Павел Сафарян.
— Господин Сафарян, в «Программе среднесрочных расходов на 2015-17гг» в 2015-ом году в Армении прогнозировался экономический рост в 1%, тогда как в государственном бюджете за тот же 2015-ый год экономический рост предусматривался более чем на 4.2%. Почему ожидания экономического роста в этом году сократились в четыре раза?
— В целом 2015-ый год в «Программе среднесрочных расходов на 2015-17гг» не является программным годом. Он является базовым годом. Мы взяли более прагматическую цифру. Процентом роста в этом году будет обусловлена номинальная величина ВВП Армении в будущем году, величина сбираемых вытекающих из этого налогов и возможности расходов. Мы взяли 1%, и в то же время подчеркнули, что возможно, что показатель у нас будет выше. Но если мы закроем год еще более высоким ростом, то есть, в сентябре-октябре динамика роста будет выше, то мы осуществим это в государственном бюджете. Но должен вам сказать, что макроэкономические показатели на находится в той сфере, которую я координирую.
— Тем не менее, что именно прогнозировалось неверно, что эти 4.2% были заменены на 1%?
— Они в основном связаны со внешними факторами. Это были скорее исходящими из внешнего сегмента сигналами, которые подвигли финансовые структуры представить более негативный прогноз роста. Что касается наших внутренних отраслевых ростов, то в конце года у нас будут четкие ответы о том, каким прогнозировался процент роста для каждой сферы, но какой рост был обеспечен.
— Быть может, причиной ожидания низкого экономического роста в этом году является постоянно сокращение объемов товарооборота, трансфертов, а также и инвестиций?
— Конечно, сценарий роста в 1% и был утвержден с учетом всех этих факторов. Например, сокращение трансфертов негативно отразилось на внутреннем товарообороте. Но в каком объеме предусматривался рост торговли, и какое влияние это оказало на ВВП, можно оценить после того, как появятся отраслевые показатели.
— Весной, когда международные структуры прогнозировали, что у Армении в этом году может и вовсе не быть никакого экономического роста или же падение в 1%, премьер-министр Овик Абраамян заверял, что год будет закрыт с экономическим ростом в несколько процентов. Какие факторы заложены в основе оптимизма Овика Абраамяна, которые исчезли в «Программе среднесрочных расходов на 2015-17гг»?
— Оптимизм, я считаю, скорее должен быть обусловлен внутренними факторами. Например, в этом году были благоприятные условия для сельского хозяйства. А также и то обстоятельство, что по состоянию на первые пять месяцев текущего года у нас был экономический рост в 2.3%. основанием для оптимизма обычно является деятельность, осуществленная главой правительства и министрами, когда они надеются, что она принесет еще лучшие результаты.
— Фактически, этот оптимизм был безосновательным, так как вместо заявляемого роста экономики в 2-3% у нас всего лишь есть ожидание роста в 1%.
— В условиях этого экономического кризиса во всем мире прогнозируемые и реальные показатели часто не совпадают. После 2009-го года в случае реального роста и прогнозов мы все чаще имеем дело с отклонениями, нежели с совпадениями. Мы каждый месяц слышим, что Россия изменила бюджет, Грузия сменила прогнозы и так далее. И этот 1% — тоже прогноз, и руководители правительства считают, что если внешние факторы останутся прежними, то в результате осуществляемых действий у нас будут более высоки темпы роста.
— Вы уже занимаетесь работами, связанными с проектом бюджета на 2016-ый год. Какими будут основные показатели?
— Я могу сказать, какими в «Программе среднесрочных расходов на 2015-17гг» установлены расходы и доходы. Для госбюджета на 2016-ый год общие доходы установлены в размере 1 трлн 211 млрд драмов, из которых налоговые доходы – 1 трлн 159 млрд.
— То есть, в 2016-ом году показатель налоговых доходов превысит показатель за этот год всего на 21 млрд больше? Это может означать, что на 2016-ый год будет представлен бюджет, не обеспечивающий развития.
— Эти 21 млрд драмов не должны быть в результате двухпроцентного роста ВВП и увеличения соотношения ВВП/налоги на 0.2%. А если бы мы не установили рост в 2%, то у нас было бы налогов меньше на 21 млрд драмов.
— В бюджете на 2015-ый год был установлен рост в 4.2%, а почему для 2016-го года этот показатель прогнозируется вдвое меньше?
— Вы вновь спрашиваете об экономическом росте, что не находится в той сфере, которую я координирую. Эти вопросы мы задаем нашим макроаналитикам. А вы хотите изменить мою роль.
— А макроаналитики хотя бы представляют Вам разъяснения в связи с тем, почему на будущий год прогнозируют настолько небольшой экономический рост?
— В сфере макроэкономических прогнозов у нас есть еще много дел. Если скажу, что на все вопросы даются исчерпывающие ответы, это не так. Но мы также находимся на том уровне, что можем с международными структурами говорить на понятном языке. Или с уверенностью говорить, что жизнь продолжается так, что этот рост в 2% будет – это обсуждаемое утверждение. Могут быть еще более плохие развития, а могут быть более хорошие. А этот прогноз в 1 или 2 процента – не оптимистичный сценарий.
— На 2016-ый год вы прогнозировали что показатель налоги/ВВП может увеличиться на 0.2% и с 23.4% достичь 23.6%. За счет чего планируется это увеличение?
— В основном предусматривается за счет законодательных изменений и администрирования.
— Около двух лет назад Серж Саргсян заявил, что то правительство, которое не обеспечит рост в 7%, должно подать в отставку. Фактически, наша реальность еще хуже. Ожидаются ли отставки?
— Невозможно, чтобы президент сделал такое заявление на все времена.
— Предполагается, что он сделал это заявление из расчета на годы своего правления?
— Если слова президента рассмотреть исключительно с точки зрения экономики, то его слова могут быть только в случае данных условий. Но если условия резко меняются, то и требование 7% не может оставаться в силе. А условия изменились.
