Либеральное духовенство в Иране готовит общество к переменам. Об этом говорится в статье Антона Евстратова на сайте информационно- аналитического центра Caspian Bridge, которую представляем ниже:
«Иран воспринимается обычно как теократия, где духовенство единым фронтом выступает за соблюдение религиозных законов и доминирование оных не только в личной, но и в социальной, политической и экономической сферах. Однако существование либеральной части иранского клерикального истеблишмента – такой же непреложный факт. Целый ряд священнослужителей высшего ранга выступают не только против политики нынешнего руководства и даже самого Верховного Лидера Исламской Республики аятоллы Хаменеи, но и критикуют всю сложившуюся в Иране политическую систему.
В конце марта 2015 года на сайте youtube появилось видео, на котором великий аятолла Юсуф Саанеи выступает с жесткой критикой именно политической системы Исламской Республики. Саанеи обвинил нынешнее руководство ИРИ в заключении в тюрьмы тех, кто когда-то стоял на самом верху режима. Назвал аятолла и конкретное имя – Мир Хоссейна Мусави, бывшего премьер-министра Ирана в самое тяжелое для страны время – войны с Ираком. По словам Саанеи, он знает Мусави с 24-25 лет, и не верит в обвинения, которые высказывали в его отношении консервативно настроенные политики и СМИ. Клирик считает политика одним из самых честных и религиозных представителей современного режима. В отношении последнего аятолла в выражениях не стеснялся: «В этом режиме газеты говорят ложь, телевидение говорит ложь, духовные лица говорят ложь». Он заявил об опасности культивирования ненависти в обществе и доверия упомянутым источникам. Более того, по мнению аятоллы Саанеи, все названные проявления не имеют ничего общего с исламом, по законам которого существует современный Иран.
Подобная критика была бы обычной и естественной, если бы она звучала из уст какого-то мигранта, много лет назад порвавшего с режимом ИРИ. Однако аятолла Саанеи – один из выдающихся религиозных ученых, ближайший сподвижник аятоллы Хомейни, входивший в число первых вдохновителей и строителей Исламской Республики Иран после 1979 года. В 22 года он получил право на иджтихад – собственные религиозно-правовые исследования. Именно Саанеи аятолла Хомейни завещал читать по себе ежегодную молитву, а на стене его комнаты долгое время красуется надпись, сделанная первым Рахбаром (Верховным Лидером) Исламской Республики: «Я взрастил аятоллу Саанеи, как сына».
Между тем, именно Саанеи, имея громадное влияние, как на духовенство, так и на администрацию Ирана, поспособствовал значительной либерализации государства. В числе разрешенного фетвами (религиозно-правовыми заключениями) великого аятолла Юсуфа Саанеи – операции по смене пола, аборты в первые три месяца беременности, а также занятие женщинами постов Верховного Лидера, президента и судьи. Во многом, именно благодаря исследованиям Саанеи в период президентства Мохаммада Хатами были значительно снижены требования к хиджабу, который обязаны носить иранские женщины. Именно права последних и их равенство с мужчинами, несмотря на все противодействие консервативных клириков, неизменно доказывается в работах аятоллы Саанеи.
Великий аятолла – один из крупнейших и влиятельнейших религиозных авторитетов современного Ирана и шиитского мира, последователями которого являются сотни тысяч верующих. Однако он в своих стремлениях и взглядах — не одинок. Еще несколько лет назад столь же значимыми и влиятельными среди иранцев были ныне покойные аятолла Мохаммед Садек Карбасчи, основавший центр изучения Имама Хусейна в Лондоне, и великий аятолла Хоссейн Али Монтазери. Последний одно время считался «правой рукой» аятоллы Хомейни и являлся одним из наиболее активных участников Исламской Революции 1979 года. Впрочем, спустя 10 лет, в 1989 году, Монтазери поругался со своим учителем, не будучи удовлетворен излишне консервативной линией иранского правительства. Тем не менее, великий аятолла сохранил свое влияние, и ушел из жизни, будучи известным и почитаемым религиозным авторитетом в Куме в 2009 году.
Оба этих клирика имели весьма отличные от убеждений иранских консерваторов политические и религиозные воззрения. «Я считаю, что ислам и демократия могут сосуществовать, потому что ислам является верой, поддерживающей свободу и права человека. Однако это возможно при истинном исламе. То, что практикует современное консервативное руководство (Ирана — А.Е.) – не ислам, и я против этого!», — заявлял, например, аятолла Монтазери. Последний сосредоточился в своих исследованиях на вопросах власти, подвергая критике политическую систему Ирана.
Вторит либеральным клирикам и выдающийся религиозный философ, с некоторых пор – диссидент, профессор исламских наук Мохсен Кадивар, который открыто признал наличие в среде высшего духовенства ИРИ дискуссии о том, нужен ли ей пост Верховного Лидера. По мнению Кадивара, современные иранские консерваторы сосредоточены на форме, а не на духе этой религии, не на духовности. Себя и своих сторонников профессор считает приверженцами именно духовной стороны послания пророка Мухаммада.
Однако, пожалуй, самым скандальным сторонником перемен от духовенства является ходжатольислам Хади Хаменеи. Известную фамилию священнослужитель носит неспроста – он… брат Верховного Лидера Ирана Али Хаменеи. Несмотря на родство, клирик критикует верховенство Лидера ИРИ над законом, говорит об угрозе фильтров, отсеивающих кандидатов на парламентских и президентских выборах, для иранской демократии, а также считает неправильным снятие с них целого ряда политиков. Брат Верховного Лидера работал некоторое время советником самого либерального президента Ирана Мохаммада Хатами, и даже подвергался нападениям консервативных активистов, причем получал довольно серьезные травмы. К примеру, в 2009 году в Куме Хади Хаменеи проломили череп.
К слову, подобные методы борьбы со своими политическими противниками легко переносятся иранскими консерваторами и на почитаемых духовных лидеров. Так, упомянутый выше Мохсен Кадивар провел некоторое время в тюрьме и был вынужден уехать из страны, а офис аятоллы Саанеи в период протестов 2009 года и позже подвергался серии нападений. В то время, Саанеи даже попытались лишить титула великого аятоллы и права на иджтихад, однако сотни тысяч приверженцев клирика попросту проигнорировали данное решение Высшего Духовного Совета в Куме. Столкнувшись со столь жестким противодействием очевидно политизированному решению, Совет отменил свое постановление. К слову, последние слухи о лишения Саанеи всех возможных религиозных званий и титулов прошли примерно полгода назад, появившись даже в русскоязычных шиитских СМИ. Последствий подобные выпады имеют все меньше и меньше, а либеральные клирики в Иране постепенно увеличивают свое влияние. Индикатором этого увеличения стали, как последние президентские и парламентские выборы, так и микроклимат в обществе. Очевидно, что все больше молодых, образованных иранцев не принимают консервативные ценности в политике и социальной сфере, навязываемые им сверху. И всему этому есть альтернатива, которая привлекает все больше и больше приверженцев. Несмотря на критику «системной оппозиции», тем более ее клерикального крыла со стороны мигрантов и открытых, последовательных либералов (которые могут быть таковыми, находясь далеко от иранской полиции, ополченцев-басиджей и спецслужб), очевидно, что она – не целиком подконтрольна Верховному Лидеру его сторонникам, и постепенно, хоть и медленно, добивается постепенной либерализации общества, и прагматичной внешней политики. Учитывая избрание реформатора и тоже клирика (ходжатольислама) Хасана Роухани на президентский пост, постепенные успехи его администрации на дипломатическом поприще, отмена санкций и намерения условных либералов взять большинство в Меджлисе на грядущих выборах, становится понятно, что уже вскоре в Иране возможны значительные перемены»
На фото – аятолла Юсуф Саанеи.
