Число участников акции протеста против частичного удовлетворения заявки ЭСА на повышение стоимости тарифа на электроэнергию со стороны Комиссии по регулированию общественных услуг, на проспекте Баграмяна, возможно, должно было быть больше.
Казалось бы, что по крайней мере, в этом случае, ситуация должна была быть другой, поскольку речь идет о решении, которое ударяло по карманам сотен тысяч граждан, которое, по сути, не имело нормального, убедительного обоснования. Несмотря на многолюдные митинги на проспекте Баграмяна, тем не менее, следует констатировать, что число протестующих не соответствовало общественному резонансу и влиянию. Это явление дает повод для размышлений. Основное распространенное объяснение заключается в том, что армяне протестуют на кухнях, а когда дело доходит до того, чтобы выйти на улицу, людей нет, почти всегда присутствует одна и та же группа людей, с некоторыми различиями.
Но объяснять ситуацию только тем, что армяне не протестующий и не борющийся народ, наверно, было бы очень примитивно. Во-первых, здесь речь идет не о революции, а всего лишь о протесте против повышения тарифа на электроэнергию, который, конечно, теоретически мог перерасти в начало революции, и после этого, если бы число протестующих уменьшилось, можно было бы говорить о том, что армяне не борющийся народ. Но ведь дело даже не дошло до революции, а необходимое число людей так и не собралось на проспекте.
Эта ситуация, которая уже долгое время повторяется в случае различных акций протеста, говорит о более общем явлении, которое относится, так сказать, к расколу общественной жизни. Конечно, здесь существует также и проблема инертности партий, взятия паузы, исходя из политических расчетов, отдаления от общества, а во многих случаях, и рассматривания граждан конкурентами, о чем мы часто говорили. Но в данном случае, существует, наверно, более важное и глубинное явление, которое созрело незаметно, и сегодня имеет больше влияние.
Общественная жизнь разделилась на реальности в Фейсбуке и вне этой соцсети. И в ходе подобных акций, кажется, заметно, что активная реальность в Фейсбуке отрезана от другой реальности, следовательно, имеющий больший потенциал своей коммуникабельностью, но меньший по объемам Фейсбук, потерял связь с обществом, живущим реальной жизнью.
В Армении у Фейсбук, кажется, более 500-600 тысяч пользователей. Из них в общественно-политическом плане, в лучшем случае только 100 тысяч могут быть активными, хотя проблема, несомненно, нуждается в научном, профессиональном исследовании и оценках. Между тем, живущее вне Фейсбука общество, наверно, гораздо большое, и разнообразное. Причем, общество в фейсбуке и остальная часть общества не только активно не общаются, но и имеют почти нулевую осведомленность друг о друге, как в плане информации, так и в плане представлений. Даже очень трудно мобилизовать активное общество в Фейсбуке, о чем свидетельствуют инициируемые, но немноголюдные акции в соцсетях.
Следовательно, можно представить, какая серьезная работа требуется в вопросе мобилизации общества вне соцсети. Это не только проблема информированности, но и серьезной общественной деятельности, которая, возможно, через несколько месяцев может дать результаты. А это поле открыто, оставили открытым как политические инициативы, так и партии. Причины в каждом случае различны, многообразны, есть ошибки, есть проблема материальных и финансовых возможностей, есть вопрос конкуренции между политическими и гражданскими. Но очевидно, что проблема существует, и она постепенно углубляется.
Ссылки на эмиграцию – это всего лишь утешение или оправдания. Конечно, она оказывает свое влияние, но это еще не означает, что ничего невозможно сделать. Просто нужно, наверно, начать хотя бы обсуждать проблему, то есть, признать ее существование, диагностировать объемы и глубину, и начать обсуждения для нахождения решений.
