Собеседник Первого Информационного – председатель общественной организации Нарек Самсонян.
— После событий, произошедших на проспекте Баграмяна рано утром 23-го июня, прошел один месяц. В тот день полиция применила силу против мирных демонстрантов, также в ход был пущен водомет, много людей были подвергнуты приводу в полицию, также последовал широкий резонанс со стороны общества. Что в целом показали события на проспекте Баграмяна?
— Прежде всего, нужно четко зафиксировать, что 23-го июня полиция применила непропорциональную силу – начиная с водомета, после чего продолжила избиениями активистов и журналистов и другими действиями. После этого сколько бы не пытались журналисты получить компенсацию, возбудить уголовные дела на тех лиц, которые в тот день были заняты противозаконными действиями, все равно, в глазах общества авторитет полиции не повысился, и можно сказать, что никто из граждан не посчитал эту проблему решенной. Так как в этот день произошло то, чего никто не ожидал, хотя полицию мы знаем лучше после событий 1-го Марта 2008-го года, но сегодняшняя полиция иная, инея не потому, что они реформировались, а иная по той причине, что сегодня на улицах есть граждане, которые предъявляют требования. Тот же Валерий Осипян 1-го Марта участвовал в той бойне. Но сегодня В. Осипян – совершенно иной Осипян, так как граждане стали более требовательными. Политические силы, исчерпав себя, перешли на второй план, и сегодня граждане на улице формируют повестку, и именно этим и обусловлено, что сравнительно более мягкие явления были охарактеризованы как непропорциональные, неприемлемые для граждан Армении. Именно в этом причина того, что десятки тысяч граждан оказались на проспекте Баграмяна, граждане поняли, что если их братья и сестры должны быть подвергнуты подобному насилию, то они обязаны находиться на площади, на улице, и не позволить, чтобы полиция повторила свои действия. А уже то, что полиция сделала в дальнейшем, можно охарактеризовать двумя словами – двухминутные действия, в ходе которых непропорциональная сила не была применена, напротив, они сумели организовать достаточно красивое шоу в ходе задержаний, говоря, что «это наши братья и сестра». С течением времени граждане должны еще больше заставлять, чтобы полицейские были такими, как это установлено законом.
— Гражданское общество подвергло «высокому напряжению» только лишь полицейских или же и властей, тех, кто отдавал приказы? Что изменилось?
— Естественно, вся правящая система почувствовала влияние протеста, гнева граждан, но в действительности могло быть и лучше, всегда может быть еще лучше, но не нужно терять надежду, фактически, у нас есть прецедент, что граждане Армении на протяжении двух недель могут держать перекрытым один главных проспектов столицы. Есть и еще одно очень важное обстоятельство, я не хочу отделять политические партии от органов гражданского общества, но, тем не менее, мы должны констатировать, что за всю историю нашей Третьей Республики проспект Баграмяна никогда не был перекрыт в течение двух недель. Он был перекрыт и в 2003-ем, и в 2004-ом, в 1996-ом имела место позорнейшая провокация, в 2013-ом все мы увидели, что именно произошло, но на протяжении двух недель ни одной из политических сил с политической повесткой не удавалось держать проспект Баграмяна перекрытым, это смогли сделать граждане Армении во главе с поколением независимости.
— Для многих события на проспекте Баграмяна уже являются победой, а для некоторых это – полупобеда или же и вовсе поражение. Что могло быть сделано, что сделано не было?
— Смотря для кого и смотря в чем заключается проблема, и насколько это считают победой или не победой. Если рассмотреть это в той плоскости, в которой многие рассматривают, то есть «ухода режима», с точки зрения смены власти, то это – другой вопрос. Если обратить внимание, то увидим, что очень многие говорят, что победы не было, было поражение, основная повестка людей была такой, я не говорю, что она была ясно выражена, заявлена, но была такой.
В глобальном же плане проблемы, конечно же, не были разрешены, но я считаю, что время покажет, что стало возможным сделать максимум по части предложенных требований. И те люди, которые говорят, что здесь ничего не получилось, и в ходе их деятельности не было ни малейшего признака успеха, это люди, которые говорили: «жаркое лето», «жаркая осень», «жаркая зима», народ вышел на площадь, потом разочаровался, эмигрировал. А кто так говорит? Те люди, которые всегда непосредственно проваливали политическую повестку.
