Собеседник Первого Информационного – экономист Вилен Хачатрян.
— Господин Хачатрян, курс доллара в последнее время неуклонно растет, а рубль резко обесценился. На Ваш взгляд, чем это обусловлено, и как может повлиять на население РА и на экономику РА?
— Если рассматриваем эти тенденции на рынке Армении, верхний уровень одного доллара фиксирован на 480-481 драмах, а продажи – на 476-478 драмах, мы не превышаем 480 драмов.
Если эти же явления мы рассматриваем на российском рынке, то в России один доллар уже превысил 60 рублей, а один евро – 66 рублей, что рассматривается, как высший уровень. В экономике России это обусловлено двумя факторами: первый – российская экономика сейчас начала процесс уплаты налогов. Людям нужны рубли, они покупают, и это должно было привести к противоположной тенденции. Хотя следует отметить, что Россия должна погасить долг примерно в 14 миллиардов, а для этого уже нужны доллары. То есть, это в каком-то смысле, противоположные друг другу факторы, но, тем не менее, курс повышается.
Если рассматривать это на фоне событий, происходящих на рынке нефти, то в данный момент баррель нефти Light стоит 47 долларов, Brent снизился до 52-53 долларов. А Россия является страной, имеющей нефть Brent, и если рассмотреть в месячном разрезе, то можно увидеть, что цена с 62 долларов упала до 52,5 долларов. То есть, заметно снижение в пределах 10 долларов, что в России происходит посредством потрясений, выраженных обесцениванием российского рубля. И стабилизации курса не помогает даже то, что люди свои накопленные доллары меняют на рубли, чтобы заплатить налоги. Здесь существует геополитический риск, что обусловлено особенно фактором Ирана, не исключена также и роль Греции.
Во-вторых, с точки зрения фактора Ирана, отмечу следующее: у Ирана есть нефтяные ресурсы, достигающие около 50 миллионов баррелей, которые, не сумев продать за все это время, Иран накопил в танкерах, и первый танкер около десяти дней назад отправился в Азию, то есть, Иран начнет активировать также и тенденции продажи нефти. Хотя ему не разрешают полностью выносить ресурсы на рынок, но у покупателей нефти тоже есть ожидания, что по состоянию на декабрь часть этих ресурсов войдет на рынок, и на рынке нефтяных ресурсов произойдет снижение цен.
В-третьих, можем отметить фактор Греции. Там заметны слабые позиции евро. Несколько дней назад курс евро был более низким. И чем больше отдаляется фактор Греции, шок исчезает, люди продали свои евро, и купили доллары, а сейчас возможно возвращение евро. Тем не менее, евро тоже находится под риском, потому что, реанимируя каждый раз экономику Греции, евро можно сказать, получает новое дыхание, но проблема не решается. То есть, он еще подключен к «аппарату искусственного дыхания», который влияет на курс евро. Следует отметить, что Европейский центральный банк принял такую политику, когда ежемесячно вводит в обращение 60 миллиардов евро, что приводит к снижению курса евро. Есть прогнозы, что евро нужно довести до соотношения один к одному с -долларом. Сейчас соотношение 1:1,1.
— Будет ли продолжаться повышение курса доллара? Многие отмечают, что его нужно довести до 520-530 долларов. Насколько обоснованны такие мнения?
— Я сам прогнозирую приблизительно 500 драмов, потому что мы слышим заявления председателя резервной системы Дженет Елен. Ходят слухи, что в период с сентября по декабрь, тем не менее, возможно, в США процентные ставки повысятся. Сейчас они на нулевом уровне, поскольку федеральная резервная система США финансирует банки с 0-0,25 процентами, то есть, бесплатно предоставляет им столько средств, сколько нужно, если эти процентные ставки повысятся до 0,5, то это повлияет на подорожание доллара во всем мире. Эта политика время от времени откладывается. Они ведут противоположную Европе политику. До октября 2014 года они вводили в оборот около 85 миллиардов долларов США, а сейчас Европа печатает, они прекратили. И эта противоположная политика конкретно ведет к повышению курса доллара, что для экономики Армении чревато множественными рисками. У нас есть кредитный портфель, который составляет 2,1 триллиона, 1,3 триллиона из которых в валюте. То есть, в долларовом эквиваленте наши кредиты составляют три миллиарда долларов. Проценты, которые выплачиваются за эту сумму, и заработанные ими суммы в драмах вступают в противоречие. Доллар с 400 драмов достиг 480, люди понесли убытки, сейчас доходы получают в рамах, а кредиты погашают в долларах. Это вызывает серьезные проблемы и трудности, связанные с возвращением кредитов, а также с дальнейшей реализацией залогов, обесцениванием имущества и так далее. Сейчас есть ряд инициатив по превращению долларовых кредитов в драмовые, поскольку валютой нашей является не доллар, мы работаем в драмах. Почему человека, торгующего в магазине в долларах, штрафуют на 2 млн драмов, а за предоставление кредита в долларах, ничего такого нет? Если предоставляют кредиты в долларах, где он будет тратить эти доллары? То есть, он должен обменять их на драмы, а при погашении нести убытки, а банки – нет. Поэтому нужно предоставлять кредиты в драмах с низкими процентными ставками, что не могут обеспечить, поэтому, предоставляют долларовые кредиты, потом при возвращении драм обесценивается, и люди понимают, что платят больше процентов, чем, если бы взяли тот же кредит в драмах, даже с чуть высокими процентами.
— Вы говорили также и о снижении цен на нефть. Какое влияние это может оказать на экономику Армении, учитывая то, что наша экономика в большей степени зависит от российской экономики?
— Снижение цен на нефть может оказать непосредственное влияние на нашу экономику. В результате снижения цен на нефть, если цена на бензин снизится, это окажет положительное влияние на экономику. А если рассмотреть косвенное влияние, то Армения из России ежегодно получает более двух миллиардов трансфертов. Любое подобное потрясение, происходящее в экономике России, приводит к снижению доходов наших соотечественников, отправляющих трансферты из России. По моим прогнозам, трансферты сократятся приблизительно с 800 млн до 1 млрд долларов. А такое сокращение будет серьезным ударом по экономике Армении, потому что наш ВВП составляет всего 10 млрд долларов, из которых 2 млрд формируется из частных трансфертов. И если сейчас происходит такой шок в РФ, работающие там армяне, не могут больше отправлять столько денег в Армению. На данный момент, по сравнению с прошлым годом, приблизительно на 40 процентов сократились трансферты, и если эта тенденция продолжится, наша экономика лишится финансовых ресурсов. То есть, мы впадем в более глубокий кризис, и те прогнозы, что у нас будет 0-процентный рост, а сейчас официально заявляют об однопроцентном росте, осуществятся. Власти боролись за 4,1-процентный экономический рост, а теперь поняли, что этого не будет. Когда в декабре произошел этот валютный шок, я уже прогнозировал, что у экономики Армении будет 0-3-процентный спад. Сейчас у нас мы наблюдаем 0-процентный рост, и нам удается обеспечить этот рост только за счет кредитов. Посмотрите, сколько долгов взяла Армения с начала года, и поймете, что для смягчения этого слияния нужно взять долг приблизительно в размере снижения трансфертов, чтобы экономический рост был заметен. В этом году экономика Армении очень трудно развивается, за исключением сферы сельского хозяйства, которая по состоянию на первое полугодие этого года зафиксировала 14.5-процентный рост. В остальных сферах у нас нет высокого роста, зато есть высокий 5-процентный уровень роста цен. Кроме того, прогнозы Центрального банка тоже могут быть неправильными, и мы можем превысить шкалу, установленную ЦБ, который прибегнет к более жестким средствам, лишит экономику драмов, чтобы люди не покупали товары, и не было роста цен.
— Можем ли мы констатировать, что членство Армении в ЕАЭС, по крайней мере, на данный момент ничего не дало, кроме отрицательного влияния?
— Вряд ли можно так констатировать. Смотрите, в сфере сельского хозяйства у нас есть активность, хотя это связано с обильным урожаем, и ЕАЭС здесь не причем. Если бы мы не были членом ЕАЭС, урожай все равно экспортировался бы, просто ЕАЭС для Армении является дополнительным рынком. Хотя с другой стороны, в результате этого мы потеряли европейский рынок. То есть, в плане торгово-экономических отношений я бы хотел иметь четкую статистику, но наша НСС говорит, что с ЕАЭС у нас пока нет центральной базы единых расчетов, и по этой причине на данный момент наш товарооборот каждый раз фиксирует снижение. По данным шести месяцев этого года, экспорт из РА составил около 88,8 процентов, а импорт – 63,8 процентов. В целом, товарооборот составил 72 процента. То есть, у нас есть сокращение приблизительно на 30 процентов. С другой стороны, если денежные переводы посредством банковской системы снижаются, то это свидетельствует уже о снижении объемов торгового оборота, потому что не всегда с Россией работают с помощью наличных средств. Произошло очевидное сокращение взаимных переводов из банковской системы России в банковскую систему Армении.
Кроме того, все страны ЕАЭС имеют проблемы. С точки зрения санкций России, в Казахстане предусматривается 2,3-проценный рост, потому что эта страна также является страной, производящей газ и нефть, следовательно, снижение цен на нефть сразу влияет на экономику Казахстана. В Беларуси приблизительно 18019-процентный рост цен, то есть, там тоже есть проблемы, Международному валютному фонду эта страна представила спрос на сумму в 3,5 млрд долларов, чтобы им предоставили кредит в размере 1 млрд доллара, они должны покрыть суммы за евробонды, и у них нет таких средств. То есть, там происходит то, что происходит в Армении. А Беларусь заставляют приватизировать государственное имущество, чтобы предоставить средства. МВФ применяет в отношении Беларуси такую схему, какую применяет в отношении Украины или Греции, то есть, это форма политики МФВ. Эти санкции нанесли экономике России значительный ущерб, но есть одна положительная сторона: российская экономика долги своих организаций приблизительно с 700 миллиардов снизила до 500 миллиардов, то есть, она сбросила с себя бремя на 200 миллиардов, то есть, на нее оказывают давление, но она выдерживает это давление. И придет время, когда в России давление в отношении к доллару постепенно уменьшится, и это будет в интересах и России, и окружающих стран.
