Разговоры о реальной опасности возобновления войны в зоне Карабахского конфликта начались еще после российско-грузинской осетинской войны. Эта война многим дала основание, чтобы сказать, что она могла стать заманчивым прецедентом для Азербайджана. С другой стороны, многие говорили, что эта война может быть уроком для Азербайджана, что с помощью оружия нельзя решать вопросы.
На самом деле, это утверждение немного преувеличено, или перевернуто. В конце концов, в российско-грузинской войне вопрос решился с помощью оружия. Грузия, кажется, окончательно потеряла Абхазию и Южную Осетию, а для России, кажется, потеря Грузии стала окончательной и необратимой. Другой вопрос, кто остался доволен этими решениями, кроме русских и грузин, кто еще участвовал в процессе этих решений, кто играл открыто или скрытно, прямо или опосредованно, кто был доволен или недоволен этими решениями. Факт в том, что решение было, и вопросы решаются с помощью оружия.
В конце концов, Карабахский вопрос тоже решился с помощью оружия, и нынешняя независимость и безопасность Карабаха является именно результатом применения оружия. Так что, ясно и понятно, что говоря о возможной Карабахской войне, нужно иметь в виду не обстоятельство решения вопросов с помощью оружия, а то, кому выгоден такой вариант решения. Здесь находится ось проблемы и здесь нужно искать возможные мотивации. Если до сих пор война не возобновилась, или не началась. То не по причине того, что Азербайджан был уверен, что с помощью оружия вопрос не решится. Просто не было достаточных мотиваторов, как в Азербайджане, так и в тройке стран-сопредседателей, занимающихся урегулированием конфликта, и в Турции, которая в этом вопросе играет довольно существенную роль.
В деле войны Турция является основным партнером Азербайджана, гарантом и ориентиром. В этом вопросе поведение Азербайджана, пожалуй, большей частью обусловлено сигналами, поступающими из Турции. Они, конечно, однозначно не являются определяющими, но они довольно влиятельны. А у Турции за все эти годы, как и у тройки сопредседателей не было мотивации для возобновления войны. При таких обстоятельствах, как бы Азербайджан не хотел начать войну, не пойдет на этот шаг, поскольку в таком случае Азербайджану, мягко говоря, не выгодно решать вопросы с помощью войны, и у этой страны могут быть новые потери, или вообще потеряет какую-либо надежду в вопросе изменения статуса-кво. Но в последнее время о войне начали говорить не только азербайджанцы, но и западные и российские эксперты, а также дипломаты посреднической тройки стран-сопредседателей и международных структур, которые периодически выражают беспокойство по поводу сохранения перемирия на линии соприкосновения, говорят о возрастании опасности возобновления войны. Означает ли это, что на международной арене возникают мотивации для возобновления Карабахской войны.
На первый взгляд, кажется, что это так, и по этой причине активировались разговоры о войне, иначе, почему должны были говорить об этом. Если это никому не нужно. Действительно логический вопрос. Но, в конце концов, кому нужна война, и для чего? Кто, и какой вопрос решит с помощью этой войны? Здесь двумя ключевыми факторами, пожалуй, являются США и Россия. Европа, пожалуй, не рассматривается, поскольку она, как военный фактор, сама по себе довольно слабая, и преимущественно зависит от Соединенных Штатов, пусть и в формате НАТО. В плане войны Турция является более влиятельным фактором, Европа.
Рассмотрим возможное поведение этих трех факторов. Конечно, ни одно рассмотрение не может быть гарантированной истиной или правдой, поскольку речь идет о мировой политике, которая похожа на айсберг, невидимая, подводная часть которого гораздо большая, чем видимая. Но видимые и невидимые части не отрезаны друг от друга, следовательно, площадь отражает сущность глубинных процессов. А что происходит в настоящее время на площади этих процессов? Здесь очевидно, что мотиваций для возобновления войны мало, как у Соединенных Штатов, так и у Турции. Соединенные Штаты уже воюют в Афганистане, Ираке, Сирии. Эти войны поглощают огромные ресурсы. Вряд ли Соединенные Штаты захотят участвовать в еще одном горячем процессе, тем более, что в нынешнем статусе-кво ничего не беспокоит США.
Для России, которая ведет ожесточенную войну с «братской» Украиной, Карабахская война может послужить для проникновения на Южный Кавказ с «тыла», и восстановления потерянного следствие российско-грузинской войны на северной границе Южного Кавказа. Но, в то же время, тот факт, что в случае Карабаха воевать будет не непосредственно российская армия, а азербайджанская и армянская армии, Россию, пожалуй, вынуждает проявлять осторожность, потому что в этом случае очень трудно будет держать ход войны под непосредственным контролем, и не исключено, что русские не только не восстановят потерянное, но вообще, потеряют то, что имеют, и Южный Кавказ раз и навсегда выйдет из российской орбиты.
Ведь очень трудно предугадать, как будет себя вести Турция в случае возможной войны. Признаки дружбы этой страны с Россией вовсе не являются гарантиями верности. Турция на многих примерах показывала, что дружит всего лишь для обслуживания собственных интересов, и очень спокойно может игнорировать эту дружбу, если потребуют эти интересы, свидетельством чего является резкое ухудшение отношений между Москвой и Анкарой после визита президента России в Ереван 24-го апреля. Туркам дружба с Россией нужна для укрепления своих позиций на Южном Кавказе, а не российских. А война на Кавказе Турции нужна только в том случае, когда турки будут загнаны в угол в международных отношениях. Другими словами, развязывание южно-кавказской войны для турок может быть шантажом, направленным международному сообществу. Но это возможно только в том случае, когда турки на международной арене окажутся в безвыходном положении.
С одной стороны, оказавшаяся в таком положении Турция вряд ли осмелится развязать войну, поскольку, это может стать концом для этой страны. Даже не началом конца, а концом. Кроме того, Турция не пойдет на такой шаг, которым может воспользоваться Россия. Дело в том, что если Турция непосредственным образом вмешается в возможную кавказскую войну, то это станет основанием для того, чтобы Россия тоже непосредственно участвовала в ней, чем русские незамедлительно воспользуются.
Другими словами, мотиваций для войны, кажется, много, но особенность ситуации, пожалуй, в том, что это не сдерживающие друг друга, а обратно пропорциональные мотивации, что почти делает невероятным превращение обстоятельства войны из теоретических разговоров в практический процесс. Конечно, в этом случае, другой вопрос в маленьких провокациях, к которым могут прибегнуть уже Армения и Азербайджан с целью спекуляции этим вопросом, для решения своих более мелких проблем.
