Тема роли Роберта Кочаряна в процессе конституционных изменений постепенно активизируется, чему способствовало также заявление руководителя его офиса Виктора Согомоняна о предстоящем его интервью. А ранее пресса писала, что Роберт Кочарян будет спонсировать партию Вардана Осканяна, которая будет создана, и собирается бороться в рядах движения «нет».
Заметно, как постепенно процесс конституционных изменений приводится в поле противопоставления Серж Саргсян-Роберт Кочарян. Искусственно ли это делается, или естественно, применяется ли технология заключения всего этого на этом поле, или действительно сегодня единственной практической и потенциальной силой против Сержа Саргсяна может быть Роберт Кочарян, по сути, не важно. Неважно в двух аспектах. Во-первых, если самой жизнеспособной силой против Сержа Саргсяна может быть Роберт Кочарян, то, по сути, получается беспроигрышная игра для системы, и очевидно, что независимо от исхода этого противопоставления или борьбы, в роли побежденного оказывается общество. В конечном счете, мягко говоря, трудно представить, что Роберт Кочарян даже в случае реального вступления в борьбу будет бороться не с Сержем Саргсяном, а точнее, за его место в системе, а с системой. Это трудно представить, по крайней мере, с той простой точки зрения, что жизнеспособностью Роберта Кочаряна является именно нынешняя правящая система, ее часть.
Параллельно с этим, и кроме этого, проблема в том, что наряду с искусственным или естественным противопоставлением или мотивами, очевидно, что заключение этого противопоставления в плоскости двух деятелей в первую очередь выгодно именно им. В том смысле, что с одной стороны, Роберт Кочарян продолжает оставаться, по крайней мере, вторым в правящей системе Армении, то есть, почти постоянной альтернативой или конкурентом Сержа Саргсяна, а с другой стороны, Серж Саргсян, имея в качестве альтернативы Роберта Кочаряна, получает хорошую возможность представиться «безальтернативным».
Начиная с 2008-го года, внутриполитические процессы Армении помещались вот в эту примитивную игру, и не было ни одной политической силы, которая могла бы практически вывести процессы из этой игры, или параллельно с этой игрой сформировать какой-либо новый, конкурентоспособный процесс.
Более того, происходило противоположное, и существующие до этого процессы, именно участники этих процессов по своей воле помещали в игру противопоставления Саргсян-Кочарян, в естественную, или искусственную игру, не важно.
В настоящее время этот ряд продолжают конституционные изменения, новым стимулом для которых будет интервью Роберта Кочаряна.
