Перед обещанным интервью относительно конституционных изменений, второй президент Роберт Кочарян дал интервью в России – Русской службе Радио Свобода на тему «Россия и я».
Роберт Кочарян не единственный в своем роде, ряд бывших президентов стран Европы и бывших республик советских республик тоже говорили на эту тему.
Что это – своеобразное подчеркивание обстоятельства того, что Роберт Кочарян – бывший президент, или очередной мессидж относительно его роли в политических планах? Интервью, по сведениям, будет опубликовано позднее – в октябре-ноябре.
Однако примечательно то, что интервью состоялось 5-го сентября, и об этом заявили 7-го сентября. Примечательность в том, что 7-го сентября в Москве прошла встреча Путин-Саргсян, которая, судя по развитию событий, является неожиданной, незапланированной встречей. Вот на фоне этой встречи интервью Роберта Кочаряна на тему «Россия и я» получается довольно интригующим.
Когда свои отношения с Россией выясняет Серж Саргсян, о своих отношениях с Россией заявляет Роберт Кочарян. Причем, здесь есть очень интересный момент. Его интервью опубликуют в октябре-ноябре. Интервью Роберта Кочаряна относится к ряду региональных и международных проблем.
События развиваются очень динамично, и все стареет или меняется почти неделю за неделей. Между тем, в этом случае, речь идет об 1-2 месяцах. Значит, не могут ли устареть некоторые мысли, выраженные в интервью Роберта Кочаряна, в октябре-ноябре, или же не могут до этого возникнуть такие армяно-российские или другие события, на фоне которых ряд положений интервью, состоявшегося 5-го сентября, могут стать анахроничными?
Здесь, конечно, проблема не только в интересе к интервью, но и в политической реакции на интервью. А то, что эта реакция будет, вне всяких сомнений, и во внутренних событиях Армении, конечно, оно станет предметом определенных оценок и комментариев, влияя на общую внутриполитическую атмосферу.
Проблема в том, что, наверно, единственным фактором влияния на эту атмосферу, сегодня является Роберт Кочарян, и внутриполитическая интрига сегодня формируется именно в результате его тех или иных шагов. В то же время, конечно, продолжает оставаться неопределенным только то, в рамках каких программ осуществляются эти шаги, это программы Роберта Кочаряна, или других. Хотя эта неопределенность, наверно, для поддержания интриги, поскольку в случае возникновения определенности, интрига может пропасть.
А в настоящее время, как видно из развития событий, ключевое значение имеет именно наличие интриги. Остается выяснить, для кого.
