Собеседник Первого Информационного – бывший депутат Верховного Совета Армении (1990-95гг), бывший советский диссидент и политзаключенный Азат Аршакян.
— Господин Аршакян, уже долгое время, как был представлен проект конституционных изменений, и были созданы несколько движений, которые борются ними. На Ваш взгляд, общество вообще заинтересовано в этой новой Конституции, и могут ли действия сил, которые были против конституционных изменений, привести к тому, что представленный новый проект Конституции либо будет бойкотирован, либо вообще не будет поставлен на референдум?
— Мои подходы не однозначны, я, говоря на шахматном языке, нахожусь в цугцванге, конечно, я, как бывший представитель политического меньшинства, хочу, чтобы оппозиция победила. Я просто этого хочу, независимо от того, чем они заняты, приятно, когда меньшинство, оппозиция достигает успеха. Представьте, что в вопросе Конституции победят те, кто говорят «нет», провалят референдум, или же референдум состоится, но общество скажет «нет», сторонники не смогут набрать достаточное количество голосов, и останется старая Конституция, остается Конституция, которая является провальной, Республика Армения находится на грани провала, мы становимся проигравшей, не состоявшейся страной, и одной из причин этого является именно Конституция. Не стоит говорить о политической воле, Конституция является именно тем документом, который, по сути, освобождает политических деятелей от проявления политической воли, законы устанавливает Конституция, и я считаю, что наша страна сейчас находится на краю провала, значит, нужно оставить провальную Конституцию еще на некоторое время? С этим я не согласен, если мы говорим «нет» реформам, новой Конституции, значит, мы говорим да здравствует провальная Конституция.
— Насколько новая Конституция соответствует реформам?
— Рассмотрим другую сторону, ведь очевидно же, что армянское государство не может состояться, представьте, что во время голосования вокруг важнейшего вопроса – передачи суверенитета, без обсуждений 80 процентов парламента говорит «да», говорит «да» потере суверенитета, не происходит голосования. Вообще, должно быть 50/50, в состоявшейся стране оппозиция и правящая сила равны, с незначительной разницей, а здесь существует стабильное и подавляющее большинство и в Национальном Собрании, и на политическом поле. Недавно во время выборов в органы местного самоуправления, оппозиции вообще не представили никаких претендентов, это означает несостоявшееся государство, Конституцию нужно изменить, эта Конституция не обеспечивает становление, процветание нашей страны. Не говорю уже о 35 процентах крайне бедных, и, наверно, 50 процентах бедных, если в стране 50 процентов населения бедные, особенно в Армении, в мире нет ни одной армянской общины, в которой 50 процентов армян были бы бедными. В соединенных Штатах, России, Франции, Иране, Турции, 50 процентов армянских общин точно не бедные. А в нашей стране это так, и одним из виновников этого является Конституция.
Теперь перейдем к другой стороне цугцванга, к новой Конституции. Приводят в пример Италию, вообще-то их примеры мы всегда отклоняли, например, когда Калигула объявлял своего коня депутатом, мы это не приняли, когда Дуче строил фашизм в Италии, мы это не поняли, для нас Италия не является хорошим примером, не нужно сравнивать нас с Италией, мы совершенно другая страна, у нас другой менталитет. В этом проекте Конституции вообще устранено все правовое, вначале написано, что Республика Армения является правовой, демократической, социальной страной, но правовая означает разделение власти, и уравновешивание, то есть, это означает, что исполнительная власть не зависит, не избирается, не назначается со стороны законодательной или судебной власти, а законодательная власть не назначается, не избирается со стороны исполнительной и судебной власти, судебная власть избирается отдельно. Исполнительная и законодательная власть не могут формировать судебную власть, потому что тот, кто назначает, тот и отстраняет.
— Господин Аршакян, а что могут сделать эти силы, и почему, Вы, по сути, выражаетесь против и новой Конституции, и той борьбы, которая развернулась?
— Потому что новая Конституция хуже старой, нас беспокоит это.
— Методы борьбы сил, выступающих против, не удовлетворяют Вас, или они действуют в неправильном направлении?
— Честно говоря, я бы хотел немного защитить слабых, но они очень слабы, во-первых, должны были состояться масштабные обсуждения, то есть, те, кто говорят «нет, по крайней мере, должны были поставить условие перед теми, кто говорит «да», чтобы обсудить каждую статью. Формировать не официальную профессиональную комиссию, потому что обычно Конституцию формирует Конституционное собрание, посредством общегосударственных выборов нужно было сформировать Конституционное собрание. Конституцию пишут не юристы, я лично знаком со многими из этих юристов, это уважаемые, высокопрофессиональные юристы, но они являются юристами, им нужно сделать политический заказ, то есть, им нужно давать государственную концепцию, чтобы они придали ей правовую форму. Должно было обязательно сформироваться Конституционное собрание.
— Теперь готовится альтернативная Конституция со стороны господина Айрикяна, Амаяк Ованнисян и Учредительный парламент тоже участвуют, что вы можете сказать об этом?
— Какая разница, они тоже будут собираться таким же образом, и решать, какая разница? Снова повторяю, должно быть Конституционное собрание, в котором должны прийти к консенсусу все политические силы, и сторонники «нет», и сторонники «да». Если Конституцию пишут только сторонники «нет», то для сторонников «да» это неприемлемо, и наоборот. Я считаю, что власти не понимают, что сильный, знающий противник поможет им, они не позволяют, чтобы сформировалась сила, которая может помочь им.
— То есть, до референдума не ожидается широкого протеста против конституционных реформ?
— О каком протесте может идти речь, если Бибин с РАО ЕЭС повышает стоимость электроэнергии, а наши говорят «нет» Вове Гаспаряну, я не понимаю, Бибин, то есть, владелец ЭСА, Разданской ГРЭС повышает стоимость электроэнергии по причине плохого управления, плохой организации работ, а мы говорим «нет» нашему участковому. Какое еще ополчение может быть, я не верю, даже некоторые говорят, что это ополчение управляемое ополчение.
— Управляемое со стороны властей, или внешних сил?
— Когда я критиковал действующую Конституцию, я говорил, что в действующей Конституции нет условий, чтобы создавалась настоящая оппозиция, не говорю о разрушающей оппозиции, которая всему говорит «нет» — полиции, налоговой, армии, государству, правилам дорожного движения, это нигилисты, речь идет не о них. Но ведь существуют позитивная, конструктивная оппозиция, которая говорит, что мы хотим, чтобы судебная система была независимой, потому что все наши проблемы в гражданской жизни возникают по причине несовершенной судебной системы. Все говорят, что наша судебная система плохая, не совершенная, судебные решения все оспариваются, позорная ситуация царит в судебной системе, вместо того, чтобы совершенствовать ее, судей превратили в игрушки. Я говорю, что нужно найти какой-то способ, чтобы судьи назначались не стороны исполнительных и законодательных органов, тогда я скажу Конституции «да». Если у нас будут избираемые независимые суды, будет Верховный суд, не Конституционный, будет один судебный орган, избираемый путем общегосударственных выборов. Я уже несколько раз говорил, что это копия кемалистской конституции 23-го года, в которую добавлены права человека. Но именно ее нужно было взять? Говорят, что это итальянский вариант, нет, это не итальянский, это армянский вариант Конституции Кемаля Ататюрка, написанного в 23-ем году. Хотите, спросите наших тюркологов. В 23-ем году Турция приняла такую Конституцию, и весь мир критиковал ее, и говорили, что не может один орган – Меджлис назначать и президента, и правительство, и быть законодательным органом. Теперь мы вернулись в век кемалистской Турции.
