Собеседник Первого Информационного – депутат НС Грант Багратян.
— Господин Багратян, Вы отклоняете и критикуете инициированные властями конституционные изменения. В таком случае, какой смысл встречаться с Сержем Саргсяном, и обсуждать с ним какие-то вопросы, связанные с этими изменениями?
— Потому что меня пригласили на эти обсуждения. Зная, что я отклоняю, пригласили, чтобы выслушать и понять.
— А что Вы обсуждали с Сержем Саргсяном, какие возражения или предложения представили?
— Во-первых, скажу, что и до встречи, и во время встречи, и после встречи я говорил, что я принципиально против устранения президентской системы. Усиление президентской системы было одним из моих предвыборных тезисов. Но есть структурные вопросы, я специалист, и я считаю, что дал единственный подробный анализ, что кроме этого основного вопроса, в представленной системе есть серьезные структурные проблемы. В том числе и десять крупных экономических вопросов. Меня попросили, и я по отдельности представил. Если после нашей встречи некоторые из этих вопросов изменятся, или наши формулировки будут приняты, я буду рад. Но, все равно, я не думаю, что конституционные изменения должны быть приняты. Я противник этого, я сторонник «Нет».
— А Серж Саргсян или комиссия по конституционным реформам были настроены на то, чтобы принять представленные Вами замечания или возражения?
— С. Саргсян по отдельности обсудил со мной все вопросы. Это была длительная встреча. Он владел всеми этими вопросами. По крайней мере, было пять-шесть серьезнейших вопросов, и я попытался показать, что у комиссии по конституционным реформам вокруг этих вопросов нет общего методологического подхода. Сказали, мы обсудим, и, вероятно, эта комиссия вновь должна связаться со мной, и, возможно, должна вновь встретиться, чтобы обсудить эти вопросы.
— Господин Багратян, независимо от всех Ваших предложений, все равно Серж Саргсян будет утверждать, что в Армении нужно внедрить парламентскую систему управления, против которой Вы выступаете. В таком случае, стоило ли с ним встречаться?
— Во-первых, предлагаемая система управления не парламентская, а премьерская. Во-вторых, поймите, что я могу сказать больше, чем кто-либо в этой стране. У меня есть также и профессиональные вопросы. Я считаю, что в проекте конституционных изменений есть грубейшие ошибки. Мы не можем сказать, что этот проект не нужно принимать, поскольку был предложен Сержем Саргсяном. Хорошо, скажем, соберется 15-20 тысяч человек, потом этот проект будет принят. Мне есть, что сказать, имейте в виду, что многие не идут на встречу, поскольку им нечего сказать. Как мне не выразиться, это моя страна.
— Можно предположить, что независимо от Ваших предложений или возражений, Вы будете бороться, чтоб конституционные изменения не принимались?
— Да.
— И как будете бороться? Присоединитесь ли Вы к движению «Нет», которое борется этим изменениями, или будете бороться отдельно?
— «Нет» конституционным изменениям мы говорили еще тогда, когда представили концепцию, мы говорили, что они идут в неправильном направлении. М были готовы присоединиться к движению «Нет!», но начали вводить пункты, что власти не имеют право изменить Конституцию, поскольку фальсифицируют выборы и так далее. Я говорю, что сейчас ведь не поставлен вопрос выборов 2008-2013 г.г., что вы превращаете это в более важный вопрос, чем конституционные изменения. Кроме этого, я не пришел бороться с тем, что уже прошло, я представляю самостоятельную политическую силу. Я не хочу оправдывать или не оправдывать прошлые поражения. Мы против этих изменений, и в пределах наших возможностей мы посетим несколько десятков населенных пунктов, побываем, по крайней мере, в половине марзов.
— Будете пропагандировать, чтобы голосовали против этих изменений?
— Да, будем пропагандировать, и говорить, что это ни к чему не может привести, что эти изменения не обусловлены объективной необходимостью, что эти изменения приведут к ситуации, которая, как я уже сказал во время встречи с Сержем Саргяном, может содержать очень большие опасности.
— Вы согласны с другими силами, борющимися с конституционными изменениями, что С. Саргсян сделал эту инициативу, чтоб обеспечить дальнейшее воспроизводство своей власти?
— Ну и что? Здесь нет темы. Каждый человек, когда инициирует изменения, обязательно думает также и о своей власти. Но не это главное. Конечно, конституционные изменения может инициировать президент, и инициирует, естественно, думая о своей власти. В 2005 году мы не думали об этом, в 1995 году не думали? С моей точки зрения, можно осуществить конституционные изменения, но оставить это властям, которые придут, скажем, через десять лет. Но делать это в условиях нашей культуры, невозможно.
— Тем не менее, общественно-политические круги раскритиковали вашу встречу с Сержем Саргсяном.
— Ну и что? У меня своя повестка дня. Моя повестка дня – это Конституция. Я считаю себя самостоятельной политической силой, и делаю то, что считаю правильным. Мне есть, что сказать, я и говорю. Или же, сколько раз в этом году я побывал в правительстве по причине закона. С правительством мы готовим форум. Я спрашиваю себя, что я думаю по поводу того или иного вопроса, я делюсь с правительством Армении, с властями Армении, независимо от того обстоятельства, каковы эти власти. Я интеллигент, хватит оставлять политику на эмоциональном уровне политических деятелей. Кроме этого, я специалист, и не могу не говорить о своей стране. Хорошо делаю, что говорю.
— Также есть мнение, что С. Саргсян организовал эти встречи с политическими силами, чтобы показать международным структурам или сообществу, что вокруг обсуждений конституционных изменений есть консолидация. И действительно, не исключено, что всех, в том числе и Вас, пригласили с этой целью.
— Я встретился с ним, и сказал, что все равно, если даже и примете мои предложения, лично я против этих изменений, а наша партия, думаю, тоже будет против. На пороге этой войны, в этой ситуации мы не можем отказаться от президентской системы.
