Армения вряд ли станет транзитной страной для иранского газа, потому что западные страны беспокоит нестабильность в регионе.
В интервью Первому Информационному такое мнение выразил аналитик американского исследовательского Центра Карнеги Пол Стронски, говоря о ядерном соглашении, заключенном между Ираном и «Шестеркой». Это соглашение позволяет Ирану освободиться от международных санкций, и открыться для всего мира. По словам нашего собеседника, открытая граница с интегрированным в мировую политику Ираном увеличит экономическую и политическую безопасность.
Комментируя Карабахскую проблему, Стронски в частности сказал: «Я сильно обеспокоен будущим конфликта. Обе стороны, кажется, хотят сохранить статус-кво. Но проблема в том, что статус-кво не может сохраниться вечно».
— Господин Стронски, на Ваш взгляд, что выиграет Армения от ядерного соглашения Ирана и Запада?
— Думаю, ядерное соглашение Ирана может изменить игру в регионе, потому что оно может раскрыть весь потенциал торговых и транспортных связей. Армяно-иранская граница открыта, но в действительности это не является надежным выходом для Армении, чтобы связаться с внешним миром, по причине режима санкций. А открытая граница с Ираном, который будет интегрирован в мировую экономику и систему торговли, увеличит экономическую и политическую безопасность Армении в долгосрочной перспективе, связывая Армению с динамично развивающимися странами Персидского залива и Европы. Тем не менее, это не произойдет быстро.
Если Иран не пойдет на уступки, санкции могут быть сняты не полностью.
Потенциальное открытие Ирана для мира в экономическом и политическом смысле является серьезной проблемой для Азербайджана, что само по себе влияет на Армению. Азербайджан уже очень давно настороженно относится к Ирану, по причине большой численности азербайджанского населения в этой стране, и различных взглядов в религиозных вопросах. Соглашение Ирана уменьшает возможность развития транскаспийского газопровода. Это серьезная проблема для экономики Азербайджана, страдающей от низких цен на энергоносители. А этот проект сам по себе очень сложный и дорогостоящий. Наземный газопровод из Центральной Азии по территории Ирана в сторону Европы будет стоить намного дешевле, и легче будет построить, поэтому Азербайджан может лишиться возможности стать транзитным государством для углеводородных месторождений Центральной Азии.
— Армения в настоящее время имеет возможность стать транзитной страной для иранского газа, но здесь существует фактор России, который постоянно ограничивал отношения Армении с соседями, в первую очередь с Ираном. Наилучшим свидетельством этого являются стоящие на армяно-иранской границе российские пограничники и газовое соглашение, заключенное с «Газпромом», которым Армения лишилась права покупать газ у третьей страны. Значит, как должна решиться проблема, и насколько реалистично строительство газопровода Иран-Европа по территории Армении?
— Я не уверен, что Армения станет транзитной страной для иранского газа. Я знаю, что это большое желание, но западные страны беспокоит нестабильность в регионе. Я также не уверен в том, что маршрут газопровода имеет значение в экономике, потому что газ, вместо того, чтобы идти в сторону севера – в Армению, а затем, и в сторону запада – в Европу, может идти по территории Турции.
Армения не может освободиться от контроля России, потому что большая часть стратегических объектов Армении в свое время была продана России, или Россия владеет акциями в этих компаниях. Решение руководства Армении о присоединении к Евразийскому союзу также ограничивает ее возможности выхода из российской экономической орбиты, даже если правительство пытается в качестве альтернативы сотрудничать с Европой.
Думаю, что наилучшим способом для освобождения от этой зависимости, является привлечение иностранных инвесторов. Например, из Китая, Европейского союза, стран Персидского залива, или Соединенных Штатов. Но для этого Армения сначала должна установить в стране верховенство закона, создать бизнес-среду, и сформировать антикоррупционную повестку дня.
— Возможно ли то, что после соглашения Иран более активно начнет участвовать в региональной политике Кавказа? Как это повлияет на процесс урегулирования Карабахского конфликта?
— Конечно, Иран будет принимать более активное участие в региональной политике. Но я думаю, что Азербайджан опасается участия Ирана в процессе урегулирования Карабахского конфликта. Учитывая то, что процесс устранения санкций и реинтеграции Ирана в международное сообщество только-только начинается, крайне рано делать расчеты насчет того, будет ли Минская Группа открыта для роли Ирана, или нет.
Что касается ближайшей перспективы, мне кажется, что Иран больше сконцентрируется на кризисе Ближнего Востока, чем на Кавказе.
— Последние столкновения на армяно-азербайджанской границе и карабахско-азербайджанской линии соприкосновения создают крайне опасную ситуацию. Интересно то, что интенсивные нарушения перемирия в первые дни сентября и человеческие жертвы на линии соприкосновения совпали с визитом министра иностранных дел РФ Сергея Лаврова в Баку. Имеет ли эта эскалация какое-либо отношение к армяно-азербайджанским переговорам, к размещению военной базы в Азербайджане, и к намерению Москвы привлечь Азербайджан в Евразийский проект?
— Нет, я не вижу прямой связи между этими инцидентами и визитом Лаврова. Рост насилия частично произошел по той причине, что внимание международного сообщества было сконцентрировано на Украине и Сирии. Поэтому они обращают меньше внимания на Карабахский конфликт, и оказывают меньше давления на конфликтующие стороны.
Россия часто бесполезна в Карабахской проблеме, кроме того, она поставляет оружие обеим сторонам. Но, в конце концов, ответственность за насилие ложится на плечи вооруженных сил Армении и Азербайджана, а также сил самообороны Карабаха.
— Что мы можем ожидать от переговорного процесса? На Ваш взгляд, когда конфликт начнет двигаться не в сторону войны, а в сторону миру?
— Я сильно обеспокоен будущим конфликта. Обе стороны, кажется, хотят статус-кво. Но проблема в том, что статус-кво не может сохраняться вечно. От конфликта страдают экономики и Армении, и Азербайджана. А плохое экономическое состояние в зоне конфликта часто ведет к насилию.
Движение в сторону мира часто зависит не от международного сообщества, а от конфликтующих сторон, которые должны создавать основу для мира среди населения. Когда мы это увидим, тогда и будем знать, что мир не за горами.
— Президент Армении Серж Саргсян в Душанбе заявил, что нужно создать базу по подготовке миротворческих сил ОДКБ. Некоторые средства массовой информации приняли это, как предложение о размещении российских войск в Карабахе. Как Вы прокомментируете это заявление?
— Я не очень уверен, что он приглашает миротворцев в регион. Я следил в Душанбе за обсуждениями саммита ОДКБ. Там прозвучало беспокойство относительно нестабильности в Евразии (не только на Кавказе, но и в Центральной Азии). Большая часть этой встречи была посвящена последним событиям в Таджикистане, и распространению опасности насилия в других странах. Я рассматриваю заявление Саргсяна в том контексте, что ОДКБ должен быть готов противостоять нестабильности в более широком регионе, а не в Карабахе.
Тем не менее, я сомневаюсь в эффективности ОДКБ. В Кыргызстане во время вспышек насилия в 2010-ом году ОДКБ сделала очень мало. Эта организация предназначалась не для осуществления миротворческой миссии. По моему мнению, там больше риторики и шума об эффективности ОДКБ, но эта организация не играла никакой роли в вопросе предотвращения насилия во время последнего большого кризиса в Центральной Азии.
