Собеседник Первого Информационного – экономист Вардан Бостанджян.
— Господин Бостанджян, правительство одобрило проект бюджета 2016 г, в котором бюджет составляет 1,2 трлн драмов, что на 8-9 млрд драмов меньше того же показателя 2015г. Что это означает?
— Это означает, что в текущем году уже у нас есть трудности, в частности, в плане поступлений финансовых ресурсов. Это правительство даже не скрывало, говорило, что постоянно существует проблема, обусловленная многими объективными и субъективными причинами. Это знак того, что в следующем году хотя бы сохранение уровня прошлого года можно рассмотреть величайшим успехом.
— Вопреки валовому сокращению размеров бюджета, в следующем году увеличилась доходная часть, примерно на 1.4 трлн драмов, ив результате резко увеличился размер дефицита.
— Да, расходы немного увеличились – с 1.3 до 1.4, это носит символический характер, и обусловлено тем обстоятельством, что не фиксировать такую цифру хотя бы по части расходов, для любой страны, в частности, для РА было бы очень плохим явлением.
— Независимо от того обстоятельства, будет ли выполнен бюджет, или нет?
— Естественно, никто из нас не может дать гарантий, что будет выполнен. Уже долгое время, в частности, после финансового кризиса, не только Армения, но все и страны находятся в нежелательном положении. Не считая несколько богатых стран, которые попросту своей ресурсной обеспеченностью, технологической развитостью могут кое-как преодолеть отрицательные препятствия этого периода, и не оказаться в коматозном состоянии.
— За прошедшие 8 месяцев, в январе-августе, поступило налоговых доходов на сумму 692 млрд 200 млн драмов, ежемесячно в среднем 80-90 млрд драмов. За последние 4 месяца должно поступить 470 млрд драмов, то есть, ежемесячно должно поступить около 120 млрд драмов. Можно ли ожидать того, что каждый месяц на 30-40 процентов больше поступит доходов?
— Это будет из области фантазий.
— То есть, есть вероятность того, что бюджет этого года по части доходов не будет выполнен?
— Да. Не мы склонны думать, что будет плохо, а просто было бы блаженством, если бы все существующие реалии, будь то уровень безработицы, бедности, уязвимое состояние деловой атмосферы и среды, заметное снижение настроенности предпринимателей, отсутствие экономической конкуренции, инвестиций, внезапно решились одним движением волшебной палочки.
— А что означает увеличение размеров дефицита? Предусмотрено 190 млрд драмов дефицита, подавляющую часть которой – 120 млрд драмов мы должны взять в кредит. Фактически, мы вновь увеличим наш государственный долг.
— Да. Это очень плохо, самое плохое в мире явление – это жить в долг. А в плане обслуживания государственного долга у нас есть хронические трудности, если не сказать, неприятности в том смысле, что, фактически, мы этим даже не управляем. Вы знаете, что мы делаем с частью государственного долга ежегодно — вообще, снимаем из бюджета подлежащие возвращению кредитные средства, а также добавленные к ним проценты. А это означает, что столько социальных, образовательных и здравоохранительных программ попросту не осуществляем. Но к этому прибавляется также и другое неприятное явление – бюджет 2015-го года был утвержден по обменному курсу в 410 драмов. А в декабре курс доллара повысился до 480 драмов. В результате, в бюджете 2015-го года мы должны вывести около 7-8 млрд долларов. Фактически, мы должны отрезать от других программ, чтобы осуществить это обслуживание.
— В подобных условиях, когда возникает проблема выполнения доходной части бюджета, как можно прогнозировать 4-процентный рост, и в годовом разрезе иметь такие ожидания?
— Понятно, что ужасно трудно, почти нереалистично. Люди, занимающие высокое положение в правительстве, тоже выражают такие сомнения.
— Министр финансов Гагик Хачатрян, вице-премьер Ваче Габриелян.
— Премьер-министр тоже не делает утверждений. Любое правительство , премьер-министр, хочет зафиксировать максимально высокие показатели, но недостаточно только хотеть. Каждая такая извилистая проблема решается посредством другой проблемы, которую мы не хотим решить, не хотим говорить о ней. Вообще, в стране нет свободной экономической конкуренции, нет малых и средних предприятий. Малые и средние предприятия в РА являются ничем иным, как нерегулируемой массой, работающей для решения простых социальных вопросов. Если в стране действует очень мало людей, которых можно пересчитать по пальцам, и весь оборот находится в их руках, и у них есть большие возможности. У этих субъектов вообще в плане реализации, экспорта и импорта нет никаких проблем. И сразу становится очевидно, что в подобных условиях невозможно получить желаемый результат.
— Значит, в следующем году, что ожидает Армению?
— Я не склонен делать лживые, оптимистичные прогнозы. Ожидает то, что мы видим.
