Министр иностранных дел Азербайджана Мамедьяров заявил, что на следующей неделе регион посетят сопредседатели Минской Группы ОБСЕ, которые обсудят возможность встречи Армения-Азербайджан на уровне президентов. Мамедьяров заявил, что либо президенты сделают уже готовое предложение относительно места встречи, либо представят сопредседателям предпочитаемые для них варианты.
Сопредседатели, в частности американский сопредседатель Джеймс Уорлик выражал надежду на встречу уже несколько раз. Говорилось, что встреча состоится в сентябре в Нью-Йорке в рамках Генеральной ассамблеи ООН, но сентябрьские события полностью изменили ситуацию в зоне Карабахского конфликта, и, по сути, в сентябре была зафиксирована совершенно новая ситуация в зоне конфликта, уже с применением ракет, артиллерийских и ракетных обстрелов мирных населенных пунктов со стороны Азербайджана. Подготовительные работы новой встречи Саргсян-Алиев дают основание предположить, что Азербайджан может в этот период так сказать, для того, чтобы выйти на предпочитаемые позиции, возобновить интенсивные нарушения перемирия, как средство давления на Армению и сопредседателей, тем более, что в этом вопросе Баку пользуется полноценной поддержкой Москвы. Для Москвы очень важно достичь того, чтобы процесс конфликта полностью находился под ее покровительством. А для этого нужна дестабилизация, что и делается руками Азербайджана. Когда процесс полностью будет под российским контролем, уже будет поставлен вопрос размещения российских войск в зоне конфликта, который, естественно, решится посредством кратковременной, контролируемой войны.
Пока что осуществлению этих планов препятствует то, что Запад – США и Франция не позволяют России единолично распоряжаться процессом урегулирования Карабахского конфликта. И с этой точки зрения, приветствуемо каждое усилие сопредседателей Минской Группы, которое направлено на восстановление активной стадии переговорного процесса.
Но это, конечно, одна сторона проблемы, потому что на другой стороне вопрос относительно того, какое содержание имеет переговорный процесс, и насколько это содержание способствует интересам Армении, или, иначе говоря, насколько Армении удается использовать переговорные возможности.
Проблема в том, что создается впечатление, что Армения всего лишь удовлетворятся тем, что Западу всегда удается помешать осуществлению планов России, которые очень опасны для Армении и Карабаха. Армения сама не может ничего сделать, и надеется на то, что помешают США или Франция. США и Франция мешают, но политика – это такой условный процесс, в котором, по большому счету, нет окончательных точек.
Значит, все взаимосвязано, и возникает вопрос, какую роль играет Армения в этой взаимосвязанности. Если, например, в случае Баку ясно, что Алиев пытается с помощью военного шантажа решить какие-то вопросы, то в случае Армении ясно только, что армянские солдаты героически отвечает на этот шантаж, но в дипломатической и политической сфере у нас нет ответов. И это в первую очередь отсутствует не на внешнем, а на внутреннем поле. Политический, дипломатический ответ Армении должен начаться с Армении, военный ответ наших солдат на границе уже в Ереване должен превратиться в экономическую политику, которая на этой границе уже должна «экспортироваться» в другом направлении, как дипломатический, политический продукт.
Это цепь государственной политики. В Армении работает только одно звено этой цепи – военный ответ агрессивному противнику на границе. Потом эта цепь разрывается, и из Армении экспортируется продукт, который, если и при большом желании назовем дипломатией или политикой, то уже не Армении, а России. Во всяком случае, можно перечислить много шагов Армении, которые осуществляются больше для решения проблем внешней политики России, чем для решения проблем Армении. Дело в том, что переговорный процесс вокруг Карабахского конфликта, по сути, представляет собой больше, чем только переговоры вокруг этого конфликта. И здесь более чем странно пассивное и инертное поведение Армении, когда Азербайджан очевидным образом создает совершенно новую ситуацию в своей политике посредством применения военного инструмента, а Армения, применяя военный инструмент для военной обороны, не использует это, как средство для своего политико-дипломатического прорыва.
