В своем выступлении на съезде Европейской народной партии (ЕНП), состоявшемся в Мадриде, Серж Саргсян, комментируя начало новых переговоров Армения-ЕС, отметил, что это позволит поднять на новый уровень отношения Армении и Евросоюза. Но в своем выступлении на саммите ЕНП Серж Саргсян не представил никаких видений относительно этих отношений. Казалось, что в прошлом было представлено достаточно видений по многим случаям. И нет необходимости снова повторять, просто пришло время от слов перейти к делу. Но проблема в том, что под прежними видениями была подведена черта, и эту черту подвел сам Серж Саргсян своим решением о вступлении Армении в ЕАЭС. А это членство уже создает совершенно новую ситуацию, совершенно новые условия, новые правила, которые уже определяются в рамках ЕАЭС, и которые обязательны для Армении.
Это означает, что новая ситуация требует также и новых видений. У Армении нет этих видений, Армения не знает, что может делать с Евросоюзом, а чего не может делать. Армения вступает с ЕС в новые и очень важные переговоры без новых и свежих видений. Причем, они могут быть более скромными, чем озвученные прежде. Но проблема в том, что они должны быть определенными, ощутимыми, чтобы были понятны цели, и измеримы результаты.
То, что Серж Саргсян в своем выступлении с европейской трибуны, по сути, комментирует перспективы отношений с ЕС всего лишь маленьким абзацем, и почти ничего не говорящей формулировкой, свидетельствует о том, что Армения вступает в процесс без ощутимых представлений, или же эти представления настолько пессимистичны, что включать их в выступление Сержа Саргсяна было неудобно. По сути, с трибуны ЕАЭС Армения не направила никаких важных политических мессиджей международному сообществу. Серж Саргсян подчеркнул, что занят конституционными изменениями. Он, по сути, наверно, хотел сказать, что от Армении в настоящее время бессмысленно ждать каких-либо проявлений международного уровня, пока не произойдут конституционные изменения. То есть, Серж Саргсян вчера с трибуны ЕНП, по сути, объявил конкурс международной поддержки его инициативе, что если какой-либо центр хочет, чтобы Армения была предсказуемым партнером в международных вопросах, по крайней мере, в этой стадии, должен поддержать инициированные Сержем Саргсяном конституционные изменения.
Саргсян, по сути, этим обусловил дальнейшие политические роли. Поверили ему, или нет, не ясно. Фактически, если после 3-го сентября для властей Армении «алиби» была Россия, то есть, все неадекватности в отношениях международным сообществом обусловливали давлениями России, и, сверхзависимостью от РФ, и, конечно, в каком-то смысле объективными влияниями, то в начале переговоров вокруг новых отношений с Евросоюзом, «алиби» становятся конституционные изменения, то есть, модель управления. Наверно. «российское алиби» официального Еревана никто больше не принимает, возможно, считая, что Ереван, мягко говоря, имеет больше возможностей для ведения самостоятельной политики, при желании, и фактор российского влияния преувеличен, или же считают, что если 1-2 года назад эти объяснения были обоснованными, то сегодня в результате политики санкций против России, руки Москвы значительно укоротились, и ослабли во многих вопросах, и Армения уже может позволить себе определенные самостоятельные шаги, следовательно, объяснения по поводу избегания этих шагов по причине России больше не принимаются.
Какие объяснения представят власти Армении после принятия изменений Конституции? Или же именно из-за этого могут отказаться от принятия Конституции, если вдруг не придумают новых объяснений для будущего.
