Сказавшая «да» конституционным изменениям партия «Процветающая Армения» тоже оказалась в тяжелом положении. Сразу после референдума член этой фракции Микаел Мелкумян публично призывал взять в коалицию власти ППА, заявив, что этим будет устранена многополярность власти, власти получат возможность действовать более свободно. Кроме того, ППА проголосовала за проект бюджета 2016 года, и члены ППА надеялись, что власти им тоже позволят стать участником, осуществления одобренного ими бюджета, в составе правительства. Однако власти, кажется, решили, по крайней мере, до парламентских выборов 2016 года не менять правила игры, и наш близко стоящий к властям источник уверяет, что вопроса формирования коалиции нет в повестке дня властей.
Если ППА не становятся властью, то возникает логический вопрос: где место этой партии? Для политических сил возможность выбора не столь велика: либо партия во власти, либо в оппозиции. Поскольку ППА не взяли в коалицию, теперь эта партия вынуждена быть оппозицией. Быть оппозицией означает в каких-то вопросах противостоять властям, выражать отличное от властей мнение, голосовать в парламенте не так, как представляющая власть РПА, и самое главное, проявить себя, не как прислужник власти, а как политическая сила, стремящаяся к власти.
Председатель ППА Наира Зограбян постепенно меняет свою лексику. Она заявляет, что ППА не отказалась от идеи смены власти, и сегодня поставила перед собой задачу достичь смены власти, просто в отличие от промежутка времени до 12-го февраля этого года, изменились пути и методы осуществления смены власти. Изменение методов смены власти нужно понимать так: если до 12-го февраля ППА пыталась осуществить смену власти революционным путем, вынуждая властей посредством восстания общенародного движения подать в отставку, сейчас ППА попытается осуществить смену власти посредством выборов.
ППА пытается осуществлять отличающиеся от РПА голосования в парламенте. Во время состоявшейся с 14-21-ое декабря внеочередной сессии Национального Собрания ППА осуществила несколько неожиданных голосований, голосуя против ратификации важных для правительства международных соглашений. В частности, ППА проголосовала против соглашения «О предоставлении финансового кредита из средств антикризисного фонда Евразийского экономического партнерства», подписанного 4-го ноября 2015 года в Ереване между Республикой Армения и Евразийским банком развития, кредитного соглашения «Третий кредит политики развития», подписанного 10-го декабря 2015 года между Республикой Армения и Международным банком реконструкции и развития. Кстати, АРФД проголосовала за эти соглашения, а партия «Оринац еркир» – воздержалась. Воздержалась также, считающая себя более оппозиционной, тройка из фракции ППА – Ваге Ованнисян, Элинар Варданян, Степан Маргарян.
Конечно, не все депутаты фракции ППА проголосовали против этих соглашений, но критиковавшая эти оглашения со строго оппозиционных позиций Наира Зограбян и некоторые из членов фракции проголосовали против, сказав, что нельзя постоянно увеличивать внешний долг страны, тем более, что неизвестно, с какой эффективностью расходуются эти средства.
ППА сейчас, по крайней мере, имеет двух серьезных конкурентов, в лице АРФД и ПОЕ, которые действуют на одном и том же поле, борются за один и тот же электорат. Их оружие тоже одинаковое – популизм. До сих пор это поле было монополией ПОЕ, но после референдума на это поле возвращаются также АРФД и ППА, и эти три партии будут конкурировать в том вопросе, кто больше думает о государстве, о бюджетных средствах, об эффективном использовании кредитов, о высоких налогах, и низких заплатах, и так далее. Вопросы, выдвижение которых может вызвать симпатию у определенных слоев общества.
ППА вряд ли вступит в конкуренцию с выступающей с более радикальных позиций АНК и «Наследием». Хотя на оппозиционном поле конкуренция настолько большая, что все будут работать по принципу против всех. В этом смысле, 2016-17 г.г. будут довольно зрелищными и похожими на парламентские выборы 2007 года, когда число оппозиционный партий, участвующих в выборах, было таким большим, и они так расчленили оппозиционный электорат, что, в конце концов, никто не смог оказаться в парламенте, кроме «Наследия».
