Удалось ли Армянскому национальному конгрессу использовать референдум конституционных изменений для того, чтобы содрать денег от властей, или, тем не менее, все усилия, приложенные в этом вопросе, были бессмысленными? Это вопрос, ответ на который могут знать только высокопоставленные чиновники и АНК, но то, что АНК пыталась заработать денег на проведении референдума конституционных изменений, можно сказать, что это факт.
Есть сведения, что руководитель фракции АНК и по совместительству руководитель единого штаба «Нет» Левон Зурабян перед конституционным референдумом встретился с председателем ППА Наирой Зограбян, и предложил ей выступить в качестве посредника в переговорах между АНК и властями. Начальник штаба «Нет» выразил желание встретиться с начальником штаба «Нет» Овиком Абраамяном или с руководителем аппарата президента Вигеном Саргсяном, если они дадут предварительное согласие, что готовы оказать финансовую поддержку АНК. Договоренность должна была быть взаимовыгодной – власти дают деньги АНК, чтобы она могла обеспечить свою жизнедеятельность, а АНК обещает, что не будет так уж сильно увлекаться пропагандой «нет», и после митинга не поднимет много шума на не очень приятную для властей тему избирательных фальсификаций.
По нашим сведениям, Зограбян отказала Левону Зурабяну, и предложила найти другого посредника. Нашел ли Зурабян другого посредника, или нет, мы можем судить по шагам, осуществленным в ходе кампании конституционных изменений. Ни для кого не секрет, что АНК не приложила больших усилий для победы «нет». Во-первых, Левон Тер-Петросян ни разу не появился на митингах, организованных на Площади Свободы, что означает, что для АНК не так уж были важны эти митинги. Участие Тер-Петросяна могло обеспечить многолюдность митингов. Но организация митингов из 300-400 человек преследовала цель показать международному сообществу, что в Армении для общества не столь важны конституционные изменения, и во всей стране максимум 500 человек против этих изменений. АНК не организовала никаких серьезных региональных визитов. Только секретарь фракции АНК Арам Манукян посетил несколько сел, чем и ограничилась пропаганда АНК.
АНК обещала, что в комиссиях ее представители будут бороться с избирательными фальсификациями, но большая часть комиссий была передана в распоряжение РПА, что не могло не быть по прямому поручению руководства АНК. Конечно, на некоторых участках доверенные лица АНК пытались бороться с избирательными фальсификациями, это носило не систематизированный характер, а эти люди просто не знали, какие договоренности есть наверху. Кроме того, АНК могла бы проявить более-менее оппозиционное поведение, что могло поместиться в рамки договоренностей.
После референдума АНК организовала всего один митинг, да и то, чтобы сообщить собравшимся, что нужно подготовиться к парламентским выборам 2017 года. Конечно, АНК организовала сбор подписей для обращения в КС, чтобы обжаловать результаты референдума, но изначально зная о том, что 27 подписей не соберется, и КС это заявление не примет. Кроме всего этого, АНК сама сделала свой бланк недействительным, позволив поставить подпись тех депутатов, которые отсутствовали из Армении. Но самое главное, АНК забыла о своем обещании превратить референдум конституционных изменений в вотум недоверия властям.
Будем надеяться, что если между АНК и властями действительно сформировалось тесное сотрудничество, то оно не ограничится конституционным референдумом, и будет иметь продолжение также и в будущем. В конце концов, после прекращения опеки над АНК со стороны Гагика Царукяна, эта партия оказалась в тяжелом финансовом положении, и кто-то должен был взять на себя опеку над этой партией. А поскольку в Армении деньги есть только у властей, вполне логично, что именно власти приступили к спасению этой партии.
P. S. В беседе с нами председатель партии «Национальная безопасность» Гарник Исагулян, по сути, не опроверг того, что представители «Новой Армении» походатайствовали, чтобы он для провала референдума конституционных изменений попросил деньги у Роберта Кочаряна. Поскольку Роберт Кочарян никогда не тратит деньги на политические проекты, то Исагулян не мог обратиться к нему с этим вопросом. Давая деньги оппозиции, власти пытались показать, что в этом вопросе тоже они существенно отличаются от прежних властей.
