Саудовская Аравия своим провокационным шагом «обезглавила» существующий на Ближнем Востоке хрупкий статус-кво, заложив начало новой дестабилизации. В беседе с Первым Информационным такое мнение выразил иранист Вардан Восканян, говоря о смертной казни шиитских духовных деятелей в Саудовской Аравии, и обострении отношения Иран-Саудовская Аравия. Обезглавливание шиитского духовного деятеля Бакира аль-Нимра со стороны властей Саудовской Аравии, по словам специалиста, сыграло роль детонатора не только с точки зрения отношений Иран-Саудовская Аравия, но и с точки зрения обострения противоречий шиитов и суннитов во всем регионе. А последствия этого могут быть крайне опасными как для всего Ближнего Востока, так и для прилегающих регионов, «просто открывая губительную дверь для кровавых столкновений во всем регионе, и без того расчлененном на части, на религиозной почве». Что касается важности этих событий для нас, по мнению Вардана Восканяна, безопасность и стабильность Ирана и Армении во многих пунктах взаимосвязаны, и взаимодополняют друг друга, следовательно, любое событие, связанное с Ираном, должно как на теоретически-профессиональном уровне, так и на функциональном уровне быть в центре нашего внимания. Обезглавливание шейха Нимра аль-Нимра подняло большую волну среди шиитов всего мира, обостряя и без того находящиеся в плохом состоянии ирано-саудовские отношения. Иранские демонстранты напали на посольство Саудовской Аравии в Тегеране, после чего Саудовская Аравия, затем и Бахрейн, Судан заявили о разрыве дипломатических отношений с Ираном. Нимр аль-Нимр был самым видным лидером шиитов на Арабском полуострове, который в Саудовском королевстве выступал с защитой прав шиитов. Кроме него, 2-го января по обвинению в террористической деятельности были обезглавлены еще 46 человек. Трое из них были шиитскими оппозиционными деятелями, остальные были из террористической организации «Аль-Каида».
— Господин Восканян, мы знаем, что Иран и Саудовская Аравия, как религиозные государства, на протяжении десятилетий конкурируют в регионе и в исламском мире за лидерство, то есть, напряженность, кажется, всегда была. Но какие предпосылки были для такого развития событий, что привело к резкому обострению ситуации, это было связано с текущими региональными процессами, или есть более глубокие проблемы?
— В целом, мы имеем дело не только с конкурирующими в одном и том же регионе, но и построенными на противоположных идеологических основах государствами. Если Иран, как политическая или в более широком смысле цивилизованная система, сформировалась естественным путем, всегда имея политическую ось, созданную путем контаминации религиозных и националистических идеологий, центральной и неизменной идеей которой является Иран, то Саудовская Аравия в каком-то смысле является государственным формированием, искусственно объединенным вокруг правителей, происходящих из одного рода, имея в качестве центра тяжести исключительно саудовскую семью, название которой именно закреплено также и в названии страны. Если религиозным компонентом вышеуказанной идеи Ирана, который остается неизменным, начиная со средневековья, является шиизм, то Саудовская королевская династия в качестве важного рычага объединения страны использует ваххабитское направление суннитского ислама. То есть, эти две страны, имеющие подобные взаимоисключающие и исторические основы, в каком-то смысле естественно должны иметь непреодолимые противоречия. Резкому обострению ситуации способствовало осуществление казни со стороны саудовских властей посредством обезглавливания, что носило очевидный провокационный характер, и сыграло роль детонатора не только в контексте отношений двух стран, но и противоречий шиитов и суннитов на всем Ближнем Востоке. По сути, Риад этим провокационным шагом обезглавил именно хрупкий статус-кво, который несмотря на различные проявления конфликта шиитов и суннитов пока существовал на Ближнем Востоке, заложив начало новой дестабилизации. На самом деле, причин для такого поведения несколько. Самая главная из них – это очевидный провал саудовцев почти во всех направлениях, начиная с Сирии, и заканчивая Йеменом, в ответ на что, делается попытка создать иллюзию внешней, в данном случае, шиитской опасности, чтобы объединить лагерь, состоящий из террористических организаций и государств-спутников, который возглавляет Саудовское королевство. Другая причина, пожалуй, это провоцирование Тегерана на крайние шаги в контексте соглашения Иран-«Шестерка», которые могут поставить под вопрос процесс выхода из изоляции Ирана, столь «ненавистного» со стороны саудовцев и некоторых других региональных сил.
— Это какой-то новый процесс? Правильно ли будет сказать, что эти события, по сути, отражают обостряющийся между суннитами и шиитами конфликт в регионе?
— На самом деле борьба идет в направлении обеспечения геополитических интересов стран региона и внерегиональных сил, а стороны используют весь свой инструментарий и рычаги, в том числе и религиозный фактор, что на Востоке в плане решения различных проблем во многих случаях играет решающую роль. Процесс вовсе не новый, Западная Азия или Ближний Восток видел множество войн и конфликтов, которые были направлены на достижение политических целей, но в контексте которых, в качестве влиятельного средства использовалась религиозная идеология или религия, как фактор, в широком смысле. Так что, как говорится, под этим солнцем ничто не ново…
— Вообще, какие последствия это будет иметь для региона. Для безопасности региональных стран?
— Последствия могу быть крайне опасными для всего Ближнего Востока и прилегающих регионов. Они могут открыть губительную дверь для кровавых столкновений во всем регионе, и без того расчлененном на части, на религиозной почве. Вообще, этим своим недальновидным шагом, Риад на несколько ступеней снизил и без того низкий уровень безопасности региона, что показывает, что в некоторых случаях региональные игроки выходят за рамки «управляемого хаоса», которые начерчиваются со стороны внерегиональных игроков.
— Интересно, что у нас на этот инцидент обратили довольно большое внимание. Чем, или почему это важно с точки зрения Армении, чем это может быть опасно для Армении?
— Проблема в том, что события относятся к нашему непосредственному соседу Ирану, который с Республикой Армения сохраняет крайне высокий уровень политических отношений. На самом деле, эти отношения могут служить примером также и с точки зрения межрелигиозного мирного и дружного сосуществования. Безопасность и стабильность Армении и Ирана во многих точках взаимосвязаны и взаимодополняют друг друга, поэтому любая дестабилизирующая провокация, направленная против одной из наших стран, определенным образом ставит под угрозу также и определенный компонент или сектор безопасности другой страны. В этом плане любое событие, которое связано с Ираном, должно быть в центре нашего внимания, как на теоретическо-профессиональном, так и на функциональном уровне.
