Германия заявила, что намерена активировать региональные конфликты, в том числе процесс урегулирования Карабахского конфликта, как председательствующее в ОБСЕ государство. Во время церемонии получения председательства министр иностранных дел германии Штайнмайер заявил, что они хотят в регионе ОБСЕ в долгосрочной перспективе достичь безопасности и мира, и укрепить возможности ОБСЕ для решения конфликтов. Говоря о Нагорном Карабахе, министр сказал, что Германия поддержит сопредседателей Минской Группы, и активирует усилия, направленные на решение проблемы.
Вокруг этой темы Первый Информационный побеседовал с экспертом Берлинского института безопасности и международных отношений Уве Хальбах. По его мнению, у Германии до сих пор не было своих частных подходов относительно урегулирования Карабахского конфликта, но эта пассивная роль может измениться в ОБСЕ под председательством Германии.
— Господин Хальбах, Германия, на Ваш взгляд, какие шаги должна предпринять для активации процесса мирного урегулирования, и предотвращения новой эскалации?
-В контексте председательства ОБСЕ, основной подход Германии – это общее обязательство по урегулированию конфликта, чтобы решить затяжные конфликты региона ОБСЕ, включая давний Нагорно-Карабахский конфликт. Министр иностранных дел Франк Вальтер Штайнмайер заявил, что Германия максимально будет использовать нынешние переговорные форматы и механизмы ОБСЕ для решения этого конфликта, не отмечая конкретных шагов, которые должны активировать мирный процесс, и предотвратить новую эскалацию.
— Насколько урегулирование Нагорно-Карабахского конфликта является приоритетом для Германии, как ведущей страны Евросоюза.
— Этот конфликт до сих пор играл ограниченную роль для Евросоюза, который намекал на тот факт, что основным посредником является ОБСЕ. Германия повысила внимание на Карабахский конфликт, в этой организации в связи с председательством.
— Думаете, Германия примет участие в процессе Минской Группы?
— Германия уже является членом Минской Группы, но она не выдвинула свою частную позицию для урегулирования Нагорно-Карабахского конфликта. Начиная с 1997 года, основные игроки Минской Группы – это Соединенные Штаты, Франция и Россия. Эта пассивная роль сейчас может измениться в ОБСЕ под председательством Германии. Но, как я уже сказал, что мы пока ждем, что Берлин конкретно отметит, какие, в частности, новые шаги будут сделаны.
— А вообще, какие интересы преследует Берлин в нашем регионе – на Южном Кавказе, в политическом, экономическом, и особенно в энергетическом плане?
— Германия – тяжеловес Евросоюза, на Южном Кавказе продвигает европейский подход в рамках политики Восточного партнерства ЕС.
— Мы знаем, что Германия в свое время была довольно влиятельной на Кавказе, особенно имела тесные отношения с Грузией. Почему она не так активна сейчас?
— Одной из причин является тот факт, что у Германии после Второй мировой войны не было стремлений стать геополитическим игроком. Она избегала «больших игр», происходящих в особых регионах, или «новых больших игр». Эти клише вновь появились после развала Советского Союза, и применялись в случае международных событий на Кавказе и в Центральной Азии. Подход Германии к Южному Кавказу сначала был геополитически сдержанным, а потом был заложен в основу более широкого подхода Евросоюза в отношении региона.
— Как будут развиваться события на линии соприкосновения в этом году? Ожидаете ли Вы новые, более опасные столкновения, эскалацию, особенно, учитывая сложившуюся сегодня в Азербайджане ситуацию?
— Конфликты на Южном Кавказе были названы «замороженными конфликтами». Тем не менее, очевидно, что мы не должны надеяться на их «замороженное состояние». И это относится особенно к конфликту Армении и Азербайджана вокруг Нагорного Карабаха, где ситуация на линии соприкосновения, начиная с лета 2014 года, даже более напряженная, чем раньше. Рост напряженности сопровождается политическими и социально-экономическими кризисами в обеих странах. Особенно тревожно нынешнее состояние Азербайджана. Самые последние статьи на эту тему назывались «Азербайджан – 2016: все предпосылки для настоящей бури» (Томас де Ваал), или «Азербайджан, возмущение народа» (Александр Ярошевич). Подобные события заставляют международное сообщество обратить больше внимания на этот нерешенный конфликт, несмотря на динамично развивающиеся события на Ближнем Востоке.
