Фактически, член АРФД Армен Рустамян подтвердил информацию в СМИ о назначении трех министров из партии Дашнакцутюн в результате сотрудничества с РПА: это Давид Локян – министр территориального управления, Арцвик Минасян – министр экономики и Левон Мкртчян – министр образования и науки.
Армен Рустамян заявил также, что АРФД подпишет с РПА соглашение о долгосрочном политическом сотрудничестве. То есть, речь и на самом деле будет идти о поствыборной ситуации, что означает, что АРФД и РПА формируют так называемое парламентское большинство и, наверняка, в настоящее время различия между ними – лишь в соотношении мандатов. То есть, РПА и АРФД, по сути, делят между собой первое и второе места. Здесь, однако, складывается интересная ситуация.
В частности, может ли АРФД по количеству голосов стать второй? Или, может оказаться ниже, или в результате договоренности с РПА стать властью? В сложившейся ситуации сложно однозначно утверждать, что АРФД после РПА станет второй представленной силой.
Разумеется, в таком случае возникает вопрос: а кто тогда может претендовать на второе место, если на политической арене нет ни одной лидирующей, подчеркнуто оппозиционной силы, нет невластной силы?
Ряд политических сил заявили об объединении либерального поля. Может ли здесь на самом деле сформироваться союз, который займет второе место после РПА, однако РПА в результате сотрудничества с АРФД составит стабильное большинство? Однозначно, это возможно.
Во всяком случае, очевидно, что вопрос второй силы остается открытым, и в этом плане сотрудничество между РПА и АРФД, обеспечив для последнего места в парламенте, не гарантирует ей второе место. Более того, Серж Саргсян приобретает определенные рычаги контроля над АРФД, таким образом, составив многоступенчатую цепочку контролирования внутренних настроений РПА посредством АРФД, а при помощи второй силы контролируя АРФД. Разумеется, здесь вариант стать вторым для либерального объединения – чисто гипотетический, прежде всего, по той причине, что подобного объединения пока не существует, и пока не очень ясно, кто может войти в ее состав, чтобы она обрела серьезный потенциал. Неизвестно также, вокруг какой оси сможет формироваться эта коалиция.
С другой стороны, в оппозиционном поле сложилась до того пестрая и непонятная ситуация, что на данной площадке можно собрать практически любую конструкцию. И в этом контексте планы властей будут играть далеко не последнюю роль и влияние. А с этой позиции версия либерального союза для властей может быть более предпочитаемой, поскольку этот союз, несомненно, выступит не с позиции жесткой радикальной оппозиции, а будет в большей части идейной силой, и в то же время будет положительно восприниматься на Западе.
Однако, нет сомнений, что за получение так называемых «рычагов контроля» будет наиболее активно действовать Россия, и здесь возможный тандем Артур Багдасарян-Ара Абрамян, или кто-то один из них, при подобном посредничестве могут претендовать на определенную роль.
