В Анкаре произошла очередная террористическая атака. А всего день спустя целью террористов стал военный конвой на юго-востоке страны. Турция видит себя в западне. Она считает, что давние партнеры по коалиции в сирийском конфликте бросили ее в беде. Выбор даты теракта в Анкаре, где погибли как минимум 28 человек, говорит в пользу версии турецких властей, что за ним стоит «Рабочая пария Курдистана (РКК)» и силы самообороны сирийских курдов — боевое крыло партии «Демократический союз» (PYD). Об этом пишет Седа Сердар, руководитель турецкой редакции немецкого издания Deutsche Welle.
Война на много фронтов
Премьер-министр Турции Ахмет Давутоглу возложил вину за теракты на РКК и сирийскую PYD. РКК внесена в международный список террористических организаций, а вот отряды самообороны PYD нет. Но Турция рассматривает их как фракцию РКК.
А вот главные союзники Турции в борьбе с терроризмом, США и Евросоюз, считают курдские силы самообороны важным участником борьбы с террористами «Исламского государства». Турция всегда опасалась курдского сепаратизма, а ситуация на границе и создание курдских автономных областей на севере Сирии стали каплей, переполнившей чашу терпения. По версии Анкары, обстрелы курдских позиций с территории Турции были только ответом на провокации. Одновременно Турция хотела еще раз продемонстрировать международному сообществу, что она категорически против участия курдов в переговорах по Сирии.
Сразу после теракта в Анкаре правительство Турции попыталось добиться одобрения парламентом антитеррористического закона. Но его блокировала прокурдская «Партия демократии народов», которая возмущена операциями властей против РКК на востоке страны. Это — еще одно свидетельство неспособности правительства объединить страну даже перед лицом террористической угрозы. В то же время это показывает, что «Партия демократии народов» не готова осудить действия РКК.
Турция в изоляции
Турция надеялась, что кризис с беженцами заставит международное сообщество ускорить поиски урегулирования сирийского конфликта. Но эти надежды, как и попытки Анкары подчинить их собственным интересам, не оправдались. Турция давно выступала за введение бесполетной зоны в Сирии. На днях идею поддержала и канцлер Германии Ангела Меркель. Но поддержка прозвучала слишком робко и слишком поздно.
Война в Сирии — проблема для всего мира. Президент США Барак Обама не раз говорил о «красной линии», потом произошло агрессивное вмешательство России, которое шокировало международное сообщество. Но Турция всегда была на переднем крае конфликта. Анкара не сумела уладить конфликт с курдами в самой Турции, напротив, даже обострила его своей политикой по отношению к курдам в Сирии. Сейчас в Анкаре воцарились настроения брошенной на произвол судьбы жертвы.
Обострение отношений с Россией
Изоляция может вылиться в агрессивность. Турция не исключает отправки наземных войск в Сирию — шаг, на который США не решались с самого начала конфликта. Но правительство Турции не оставляет сомнений в том, что сделает все возможное, чтобы предотвратить угрозу безопасности страны. В этом контексте теракты и официальные обвинения в адрес курдских отрядов самообороны в Сирии — опасный поворот. Турции следовало бы избегать военной конфронтации в Сирии. Конфликт на востоке Турции уже унес сотни жизней. Дальнейшая дестабилизация региона была бы грубейшей ошибкой Анкары.
В своих последних выступлениях премьер-министр Ахмет Давутоглу напомнил о связях РКК с бывшим Советским Союзом и туманно заявил, что с тех пор многие зарубежные силы используют РКК в своих интересах. Но эскалация напряженности в отношениях с Россией может только усугубить положение Турции. Если она начнет наземную операцию Сирии, она обречет себя на еще большую изоляцию.
Турции пора определить приоритеты. Она столкнулась со множеством вызовов. Это и проблема курдов в самой стране, и кризис с беженцами в Турции и на ее границах. Это война в Сирии, обострившая отношения Турции со многими участниками конфликта. Правительству пора четко определить свои цели. Турции нужна разумная внешняя политика и четкий план борьбы с терроризмом и преодоления кризиса с беженцами внутри страны.
