Собеседник Первого Информационного – политолог Степан Сафарян.
— Господин Сафарян, фактически, соглашение о сотрудничестве между Республиканской партией и партией АРФ Дашнакцутюн подписал уже бывший министр науки и образования Армен Ашотян. На Ваш взгляд, почему именно А. Ашотян, и означает ли это, что в дальнейшем он займет новую, более важную политическую должность?
— В отличие от тех оценок, что в плане этого сотрудничества Армен Ашотян был недостаточно оценен со стороны Сержа Саргсяна, я придерживаюсь другого мнения. Видно, кто пользуется доверием Сержа Саргсяна, просто это проблема, для решения которой, по сути, расплатились должностью, которую занимал один из самых надежных людей Сержа Саргсяна – Армен Ашотян. Думаю, в течение этого года Ашотян будет готовиться к следующим выборам. Серж Саргсян, кажется, также показал, что Ашотян вовсе не недооцененный кадр и товарищ по оружию. Реализацию своих личных договоренностей он, по сути, доверил Армену Ашотяну. По сути, даже выбор человека, который должен поставить подпись, показывает, кто является вторым лицом этого соглашения.
— РПА не пользуется доверием и в плане рейтинга, можно сказать, что для нее наступили плохие времена. В этой стадии АРФД пошла на сотрудничество с РПА, поставив под угрозу свой рейтинг. В результате получила министерские портфели и должности губернаторов. На Ваш взгляд, скрывается ли за этим какая-то другая сделка, которая может появиться после парламентских выборов?
— Мои оценки правильные, РПА находится в серьезнейшем кризисе, в плане общественной поддержки и авторитета. Перспектива улучшения позиций, как АРФД, так и РПА зависит от того, какую работу и какие изменения они обеспечат. Если они смогут положить на стол определенную работу, то у них будет шанс улучшить нулевой, отрицательный рейтинг. Обе силы, которые взяли на себя обязательство сотрудничать и быть во власти не только до 2017 года, но и после этого, чтобы это обеспечить, уже прибегнут к другим шагам, вокруг которых если и будут теневые договоренности, то о них пока что не будут говорить.
— Поможет ли это сотрудничество Сержу Саргсяну остаться во власти? Существует ли такая тенденция в этом сотрудничестве?
— Армения по логике своих политических событий кажется непредсказуемой страной, но отклонения от сценариев и неприятные для властей неожиданности бывали. Другой вопрос, что по причине этих проблем власти смогли посредством труднейших, болезненных проблем «спасти» ситуацию. У нас вакуум влияния власти, и достаточно появления одного правильного человека, в правильный момент и правильным образом, чтобы смешать все карты, и сценарии властей могут не осуществиться.
— Это не первое сотрудничество Дашнакцутюн с Республиканской партией, в прошлый раз они составил коалицию, в этот раз они избегают слова «коалиция», называя это политическим соглашением.
— Как бы они это не называли, все равно, это союз, преследующий цель разделения власти. Раньше Серж Саргсян говорил, что он готов дать какие-то портфели под их ответственность, но они должны вступить в эти сферы, и выполнять свою работу, не критикуя остальные сферы. Деятели ППА, АРФД вступали в коалицию, потом по каким-то причинам внутри начинали играть или становиться оппозицией, и покидали ее, сказав, что они не несут ответственность за всю коалицию. Коалиции всегда создавались на основании платформы РПА. Эта коалиция отличается тем, что до опубликования документа о политическом согласии, прозвучало программное выступление Сержа Саргсяна, которое больше напоминало правила игры. В этот раз достигнута договоренность вокруг правил игры. АРФД, осознавая все риски, может выиграть, если будет работать по этим правилам игры, чтобы не нести ответственность за деяния и подлости других. Если АРФД напомнит Сержу Саргсяну, что это наша программа, это наш ориентир, это наши стандарты, то получит возможность либо навязать их РПА, либо если даже и вновь выйдет из коалиции, сможет чем-то оправдаться. Это соглашение имеет больше шансов на существование, чем прошлые коалиции, но также не застраховано от повторения пути предыдущих коалиций.
— Среди причин можем выделить внешний фактор, то обстоятельство, что в период обострения российско-турецких отношений РПА нужно было вести антитурецкую политику, и в этом нужна была поддержка Дашнакцутюн?
— Парламент 2012 года был лучшим отражением внешней среды Армении. Была четко подчеркнутая демократическая политическая сила, в лице «Наследия», 2-3 политические силы тоже были заинтересованы в интеграции в европейские партии. Были также и пророссийские позиции. Во время прошлого парламента против НКР не принималось никаких резолюций, этот парламент уже зафиксировал в ПАСЕ резолюцию относительно Сарсангского водохранилища, которая отражала также и порочный образ парламента, результат непрофессионализма команды и искаженности образа парламента.
В плане внешних факторов есть несколько проблем. Во-первых, акцент на способности Диаспоры, и более широкого участия Диаспоры во внутриполитической, экономической жизни РА. АРФД участвует в программе разделения власти не только для решения внутренних вопросов, но и для вовлечения Диаспоры, которую вытесняют из Армении. Кроме этого, жесткая позиция АРФД в связи с армяно-турецкими проблемами, может быть приятной также и для Москвы. Учитывая довольно сложные конфигурации АРФД, мы видим под этим также и ось отношений Иран-мир, Иран-Европа, Иран-Запад. Два важнейших направления пока что открыты – кто будет исполнять роль буфера с РФ и Западом. Вопрос второй политической силы остается открытым. Не исключаю того, что АРФД может мечтать, думать или поставить цель стать второй силой, но я вижу большие риски, в связи с тем, что АРФД может стать второй силой. Очевидно, что объявлен конкурс на то, кто будет второй силой. Действующие на западном поле, и желающие пополнить западное поле силы имеют очень серьезные фундаментальные проблемы, а силы с пророссийской ориентацией имеют свои основные проблемы, и в данный момент, пока не видно, чем закончится эта упорная борьба, кто займет место второй политической силы в 2017 году. Интрига именно в том, кто займет «свято» место.
