Собеседник Первого Информационного – директор Центра европейских исследований Артур Казинян.
— Господин Казинян, 1-го марта в Армению прибыла верховный представитель ЕС по внешней политике и политике безопасности Федерика Могерини. Визит совпал с периодом, когда Армения и ЕС возобновили переговоры. Каковы основные послания, которые мы получили в ходе этого визита?
— Визит Могерини был связан с политическими процессами, происходящими на Южном Кавказе и вокруг него, в частности, связанные с Арменией и Азербайджаном, поскольку Грузия фактически подписала с ЕС Ассоциативное соглашение, и у нее нет каких-либо препятствий с ЕС. Проблема связана с Арменией и Азербайджаном, пока не ясно, в каком формате они должны сотрудничать с ЕС. Важен также фактор Ирана: снятые с Ирана санкции создали новую ситуацию на Южном Кавказе, и на Ближнем Востоке, для ЕС возникло новое поле для работы. Я также склонен думать, что Федерика Могерини прибыла в Армению с конкретными предложениями, в частности для того, чтобы сделать инвестиции в РА со стороны деловой среды ЕС, модернизации транспортных узлов, чтобы можно было посредством связывания морей обеспечить бесперебойный процесс автоперевозок из Европы на восток. Для этого нужно привлекать инвестиции, чем и обусловлены встречи Могерини с основными секторами – гражданское общество, правозащитные организации, представленные в парламенте политические силы и верховные политические власти страны. Она попыталась понять, насколько общество Армении поддерживает новое сотрудничество Армения-ЕС, и сопоставить это с существующими в политических силах настроениями, а потом встретиться с верховными властями РА, чтобы убедиться в том, какие они дают ЕС гарантии, чтобы связать Иран с ЕС, как наиболее жизнеспособная и стабильная транзитная зона.
— Могерини отметила, что в этот раз в отношениях РА-ЕС важно также мнение общества РА, вероятно, имея в виду то, что в прошлом общество РА не оказало широкой поддержки, кода власти решили, что Армения должна стать членом ЕАЭС.
— Да, в процессе Ассоциативного соглашения общество РА как будто было изолированным, переговоры велись в условиях секретности, и мы занимались гаданием, для аргументированного анализа у нас не было необходимых материалов. Казалось бы, что должны были извлечь уроки, но тот же стиль работы продолжается. До сих пор не сообщили о том, вокруг чего конкретно проходят переговоры с ЕС. На встречу с Могерини были приглашены представители гражданского общества, правозащитных организаций, которые больше были склоны говорить о том, что произошло в прошлом, чем задавать вопросы о будущем. По части политических сил: в поисках надежного партнера ЕС не может найти того партнера, с которым должен работать в РА. Следовательно, таковым остаются только власти, на встрече с которыми министр иностранных дел ЕС попыталась понять, гарантии какого уровня, какой глубины и какой жизнеспособности могут дать высшие политические власти страны. ЕС должен сделать выбор, в какое государство нужно сделать основной вклад – в Армению, или Азербайджан. Говорили также о Карабахском конфликте, о помощи беженцам из Сирии и так далее.
— Самый уязвимый пункт Армении – это неурегулированный Карабахский конфликт, и госпожа Могерини отметила, что для ЕС является приоритетом урегулирование конфликта, и что военным путем этот конфликт не может быть урегулирован. Что это подразумевает, какие действенные шаги со стороны ЕС могут быть в этом вопросе?
— Мандат урегулирования Нагорно-Карабахского конфликта передан Минской Группе. Формат стран-сопредседателей подсказывает, что достичь взаимного согласия вокруг такой серьезной проблемы, как Карабахский вопрос, очень трудно, особенно в условиях, углубляющихся в настоящее время противоречий Запад-Россия. Хочется верить, что ЕС сможет каким-то образом вмешаться в этот вопрос, но для этого нужна общая позиция 28 государств. ЕС – гетерогенная структура, а не гомогенная. В составе ЕС есть различные государства, с разными внешнеполитическими приоритетами. Утверждать, что для ЕС будет легко найти это взаимное согласие, невозможно. Карабахский вопрос пока находится на эмоциональном уровне, Азербайджан по-своему представляет решение проблемы, а у РА есть свои представления, а народ Карабаха никто не спрашивает, как они представляют решение этого вопроса. В любом случае, у ЕС в правовом плане есть инструментарий, есть также и финансовые, экономические и политические возможности, чтобы стать однозначным посредником между конфликтующими сторонами. Не спросив волю народа Нагорного Карабаха, без легитимных и законно избранных властей, по-моему, это невозможно. Начиная с того момента, когда власти НКР начнут участвовать в переговорах, мы серьезно поговорим об урегулировании Карабахского конфликта.
