Пресс-секретарь президента РФ Дмитрий Песков заявил, что Россия всегда пыталась способствовать урегулированию Карабахского конфликта, всегда прилагала активные усилия в этом направлении, и сегодня Россия продолжает последовательную работу для содействия процессу урегулирования, однако Россия не может урегулировать Карабахский конфликт за Армению и Азербайджан.
Слышать подобное заявление в рамках урегулирования Карабахского конфликта, пожалуй, не ново, однако в прошлом с подобными формулировками выступали представители других стран-сопредседателей Минской группы ОБСЕ, а Россия, кажется, никогда не делала подобных акцентировок. По сути, это заявление Пескова примечательно на фоне московского визита Сержа Саргсяна, его встречи с Путиным, а также и на фоне региональных событий в целом.
Долгое время в российской прессе появлялись различные сведения о том, что РФ пытается представить сторонам конфликта новые предложения, и разрешить нынешнюю ситуацию. Азербайджан, казалось бы, эти предложения удовлетворяли – имея в виду то, что Баку признавался в их наличии, а Ереван – нет.
Россия долгое время хранила молчание – по всей видимости пытаясь продвинуть свои предложения в Ереване. Однако внезапно возникшая российско-турецкая конфронтация все перевернула с ног на голову, после чего подверглись изменению также и российско-азербайджанские отношения. Одновременно, Россия оказалась вынуждена некоторым образом изменить свои подходы по части Армении. В конце концов, Сергей Лавров заявил, что Россия не представляла никакого предложениям и вообще никакого предложения не существует. Вот на этом фоне заявление Пескова, по сути, дает основание полагать, что, по большому счету, Россия объявляет о прекращении своих усилий, то есть, о завершении своей миссии, направленной на обеспечение какого-либо единоличного урегулирования или развязки, причем безрезультатной. По сути, Москва дает понять, что ничего сделать не может.
Не исключено, что этим обусловлено и то, что в последний период Азербайджан начал предпринимать меры в направлении урегулирования отношений с Западом, перестав надеяться на Россию. С другой стороны, разумеется, в этом направлении Баку не может связывать особых надежд и с Западом, поскольку тот предлагает применить международные механизмы перемирия и только после этого продолжить диалог.
Вся проблема в том, что, вероятно, и здесь Баку возлагает все свои надежды именно на Москву, чтобы идея этого механизма не стала реальностью, поскольку она может коренным образом изменить ситуацию в регионе. И здесь, конечно, Россия, утратившая веру на успех своих инициатив, все еще хранит надежду провалить нежелательные для нее инициативы. А о том, что это нежелательная инициатива для России, свидетельствует то, что до сих пор Москва никоим образом не высказалась в пользу внедрения данного механизма.
