Министр иностранных дел России Сергей Лавров в Азербайджане заявил, что все компоненты урегулирования Карабахского конфликта уже «на столе», вопрос даже не в их расстановке, а в нахождении формулировок. После четырехдневной войны Лавров находится в Баку, а завтра в Москве примет министра иностранных дел Армении Налбандяна. Он сказал, что будут обсуждать вопросы урегулирования, как обсудили с азербайджанской стороной.
Заявление Лаврова вызывает ряд важных вопросов. В первую очередь, что означает «все компоненты уже на столе». Что означает это «уже», почему до этого не были на столе, тому, что «все компоненты оказались на столе» способствовала четырехдневная война? А какие именно компоненты, которые до сих пор не были на столе, и «уже» оказались там только в результате войны? Возможно, это российская идея размещения миротворческих сил?
В этом контексте, естественно, возникает вопрос: насколько Россия в настоящее время ведет согласованные со сторонами переговоры? Сегодня очередную запись в Твиттере сделал американский сопредседатель Минской Группы ОБСЕ Джеймс Уорлик, сказав, что сопредседатели отправляются в Нагорный Карабаха, чтобы узнать о ситуации из первых рук.
Означает ли это то, что Россия и сопредседатели работают координировано, или, придя к единому заключению в вопросе превращения огня, в вопросе дальнейших событий посредники вновь перешли на противоположные позиции, и к борьбе за влияние, что означает, что они будут мешать друг другу. И не означает ли это то, что достигнутая договоренность о прекращении огня может вновь быть нарушена.
Например, пресс-секретарь президента РФ заявил, что стабильность, конечно, не гарантирована, ситуация далека от стабильной. В соответствии с этим, возникает вопрос, не была ли война в каком-то смысле предметом шантажа с чьей-либо стороны, и не намекает ли пресс-секретарь президента РФ, что если России помешают, то может восстановиться дестабилизация. Вообще не ясно, о чем в настоящее время идет речь – о документе урегулирования, или о выборе формата определенной стабилизации ситуации, или формировании процесса, в котором уже начнется или восстановится переговорный процесс.
Вопросов действительно множество, в том числе и связанных со статусом Нагорного Карабаха в переговорном процессе. Очевидно, что началось сумасшедшее вращение дипломатического челнока, в котором рассматривается, что в числе обсуждаемых вопросов не только карабахская проблема, но и вообще Кавказ, Турция, Иран.
Не случайно, в Баку Лавров общается не только с министром иностранных дел Азербайджана, но и Ирана, обсуждая вопросы трехстороннего сотрудничества. Серж Саргсян, как известно, находится в Германии, сегодня распространилась информация о том, что Грузия и «Газпром» договорились в вопросе цены на транзитный газ, Россия продолжит платить 10 процентами газа, хотя Газпром хотел платить деньгами, а не газом.
Было ли случайным то, что о достижении окончательной договоренности между сторонами было заявлено именно сегодня? Каким-то образом, обусловлено ли это с ереванским визитом Медведева, единственным предметным заявлением в ходе которого будет заявление о цене на газ? Конечно, самый главный вопрос заключается в том, что вращается вокруг челнока – мир, или война.
И другой, возможно, более парадоксальный на первый взгляд вопрос, который, по сути, очень актуален, учитывая ряд реалий последних лет, заключается в том, где безопасность Армении и Арцаха в этой дилемме в среднесрочной или долгосрочной перспективе?
