В субботу 2-го апреля Армению потрясло известие о войне, а через неделю в Армении вызвало ажиотаж известие о мире. Конечно, об условном мире, и, конечно, в переносном смысле.
Речь идет о встрече Серж Саргсян-Левон Тер-Петросян, которая состоялась в субботу по инициативе Левона Тер-Петросяна в его доме, согласно официальному сообщению. Почему эта встреча является встречей мира в переносном смысле? Потому что эта встреча, по крайней мере, является очевидным проявлением силы Армении, являясь примером государственно-политической культуры, когда бывший и нынешний президенты, независимо от разногласий, совмещают силы для обсуждения и решения важных для государства проблем. И будучи сильной именно этим, этой культурой, Армения может и должна принудить противника к миру.
Но, параллельно с этим, общество, Армения не знают, что обсудили Серж Саргсян и Левон Тер-Петросян, и в этом плане также обсуждение мира и сила имеют условный, переносный смысл. Никто не знает, с какой точки зрения в повестке дня обсуждения были затронуты «проблемы вызовов и внутринационального объединения в переговорном процессе», и каких договоренностей достигли Тер-Петросян и Серж Саргсян относительно этих вопросов.
Вообще-то, Серж Саргсян сказал Тер-Петросяну, какие вызовы существуют, а кто скажет обществу? И в этом плане другой важный вопрос, который вызывает эта встреча, заключается в том, не является ли встреча бывшего и нынешнего президентов встречей в обход общества? Во всяком случае, пока что это так. Тем более, если учесть то, что по большому счету, ответственность за нынешнюю ситуацию и вызовы Армении лежит именно на этих двух участников встречи.
И вот с этой точки зрения, конечно, полноценным участником их встречи должен был быть также Роберт Кочарян. С этой точки зрения тоже возникает интересный вопрос: пойдет ли Серж Саргсян на встречу с Робертом Кочаряном, или предложит ли ему Роберт Кочарян встретиться, как предложил Тер-Петросян?
Другой вопрос, конечно, в том, что подразумевала сама встреча: начало какого-то процесса или обсуждения вокруг решения вполне конкретной проблемы? Этим вопросом обусловливается то, какие внутриполитические результаты может дать эта встреча, волей-неволей, вместо важных внешнеполитических вопросов и вопросов безопасности.
Круг вопросов, конечно, широкий, и в ближайшее время они, несомненно, прозвучат, конечно, в зависимости от того, свидетелем каких событий станет общество после этого.
Еще перед встречей Левон-Тер-Петросян-Серж Саргсян на основании содержания прошлых парламентских брифингов нам довелось констатировать, что плавным образом в повестке дня оказалась проблема размещения миротворцев, и парламентские фракции, кажется, в целом приняли этот актуальный вопрос. Только не ясно, каким образом приняли – приняли с готовностью или с целью сопротивления.
И в этом смысле, конечно, учитывая то, что в этом вопросе давнюю и твердую позицию имеет Тер-Петросян, что Арцахский конфликт должен урегулироваться с территориальным компромиссом, если власти Армении склонны к этому, то Серж Саргсян, конечно, вряд ли найдет лучшего союзника.
Но в этом случае, естественно, возникает вопрос: что будет делать с Дашнакцутюн, с которой составил коалицию, и в случае которой подразумевается, что АРФД должна в этом вопросе иметь более жесткую позицию?
Таким образом, следует констатировать, что эти четыре дня Карабахской войны, кажется, проецируются на внутриполитическое поле Армении с «навязыванием» определенных новых векторов или тенденций, которые могут стать новым стимулом для внутренних перестановок.
Вся проблема в том, что в случае настоящих армянских традиций и культуры более вероятным становится не тот вариант, когда следует отложить в сторону личные и групповые проблемы ради государственных интересов, а напротив, вариант манипуляции государственными интересами ради собственных интересов. Здесь также один из важных вопросов: мы наконец-то увидим начало изменения той порочной традиции, или в армянской «элите» даже в таких чрезвычайных ситуациях не способны к существенным внутренним изменениям, и мы станем свидетелями всего лишь традиционных явлений, вследствие которых, между прочим, мы оказались перед фактом войны.
