Год назад в Ереване состоялась революция – культурная, цивилизационная, проходившая под проливным дождем. Она проходила в самом центре Еревана – на Площади Республики.
Несколько десятков тысяч армян, гостей столицы из Грузии, России и других стран, стоя под проливным дождем, слушали выступление SOAD и поглощали звуки свободы, достоинства, борьбы, будущего. Год назад в этот день на Площади Свободы сформировалась модель будущей Армении, будущего Армении с ее смелым, открытым перед миром обществом, молодежью, в тесном единении с отважной молодежью из других стран в одном месте, с единой целью и взглядами.
И все это на пороге очередной годовщины Геноцида армян, за день до 24 апреля. Эта дата, этот календарный день, несомненно, имеет глубоко символическое значение для всего армянства, и в этом смысле, с одной стороны, он стал точкой падения, а с другой – превратился в стартовую точку, в которой фиксировалось самое главное в 21 веке понимание того, что жертва так и останется жертвой, если не потребует справедливости, создавая, созидая, расширяя свое участие в мировых процессах, распространяя, укрепляя и углубляя.
Год назад в Ереване состоялась революция этого мышления, этих ценностей, которая, однако, если окинуть взглядом прошлое, осталась незавершенной, осталась там, на Площади Свободы, высохла после дождя, и больше не поливалась. Никто потом так и не полил эту революцию, ее оставили засыхать, чтобы она не переросла во всеармянский процесс. Известно, по какой причине. Потому что эта революция ценностей сама могла перерасти в ливневый поток для Армении, превращенной в пустыню конформизма, казнокрадства, хамства и провинциальности. Стала бы дождем, способным превратить эту пустыню в цветущий сад. А это не просто политические лозунги и призывы к смене власти, которые стали такими же обыденными, как комары на берегу болота.
Это уже вопрос смены самого вида, а не власти, и он непредотвратим, он не подчиняется традиционным патетическим манипуляциям. По этой причине всеобщими усилиями властной системы ход, распространение этой революции на Площади республики были приостановлены. Однако, стоит отметить, что за это ответственны и сами участники революции, поскольку, по большому счету, преобладающая их часть не предприняла дальнейших усилий, не попыталась расширить границы, распространиться по всей республике. И это тоже проблема – проблема общественной ответственности, которая нуждается в полноценной формулировке и решении.
Эти вопросы сегодня актуальны не только в связи с отмечаемой в эти дни годовщиной, временем, прошедшим после этого светлого эпизода, когда был сброшен образ жертвы и требование справедливости и укрепление памяти миллонов невинных жертв посредством созидания. Дело в том, что, волею судьбы или провидения, этот год для Армении прошел в революционной атмосфере, и вновь революция постучалась в дверь этих самых ценностей и образа мышелния. К сожалению, постучалась войной, четырехдневной войной, которая, однако раскрыла многим глаза и уши.
Разумеется, никто не может утверждать наверняка, однако спросить, несомненно может каждый: не могли ли быть совершенно имыми Армения и события вокруг нее год назад, если бы революция на Площади свободы не осталась незавершенной и продвинулась бы вперед настолько, что привела бы к самому главному – утверждению в Армении суверенной воли и управляемой государственности?
Во всяком случае, вне всяких сомнений, в этом случае все политические, экономичекие или любые другие события вокруг Армении и Нагорного Карабаха имели бы более безопасное или менее опасное и урожающее воздействие.
К несчастью, сегодня мы имеем то, что имеем. А именно, безопасность, сохраненную ценой нескольких десятков жизней, но в то же время сохраненные достоинство и возрожденные возможности.
Пожертвовав своими жизнями, эти люди дали возможность возрождения государства, государственности, суверенности. Однако для того, чтобы воспользоваться ею, необходимо, чтобы эта революция не осталась незавершенной, а распространилась в сознании, душах людей, стала образом мыслей, ценностью, ориентиром, поведением, совестью и, наконец, правом, законом, свободой и государственностью.
Народы, упускающие в течение одного года две возможности революции, могут весьма дорого заплатить за эти упущения — вплоть до двух геноцидов. У нас нет такого права, жертвы четырехдневной войны не оставили нам такого права, такого права нам не оставили и светлые дети многих из них. Дети отцов, которых нам не удалось сохранить, и теперь мы обязаны спасти их будущее.
Возможно, история нам оставила последнее право, причем, право, сохраненное тяжелой ценой, поскольку год назад, вместо того, чтобы выбрать плавание, мы выбрали вариант выхода из воды сухими.
