Правительство Армении завтра обсудит проект, представленный Грантом Багратяном и Заруи Постанджян относительно признания Арцаха. Самое интересное то, что правительство, кажется, одобрит этот проект, и представит его на рассмотрение Национального Собрания, а представлять будет замминистра иностранных дел Шаварш Кочарян.
После четырехдневной войны этот шаг не кажется столь неожиданным, но есть один интересный нюанс: Серж Саргсян в ходе этой войны, выступая перед послами ОБСЕ, заявил, что если война будет продолжаться, и будет носить широкомасштабный характер, то Армения признает НКР. В то же время заявил о том, что поручает МИД разработать договор о военной взаимопомощи между Арменией и НКР.
В эти дни, в ответ на вопросы журналистов о том, в каком состоянии этот процесс, чиновники отвечали, что договор разрабатывается. И вот, фактически, в повестке дня правительства раньше договора появляется законопроект о признании НКР, да еще и, по сути, удостаивается одобрения правительства.
Что изменилось за это время, если учесть, что Серж Саргсян заявил, что они пойдут на признание в случае продолжения и увеличения масштабов войны? В настоящее время, конечно, война продолжается, но не только не выросли масштабы, но и, по сути, значительно уменьшились по сравнению с четырехдневными событиями. И в этой ситуации появление законопроекта о признании НКР в повестке дня правительства, да еще и с положительным настроем правительства, становится интересным.
Является ли это мессиджем международному сообществу накануне предстоящих политических процессов, которым власти Армении просто делают шаг по резкому изменению политики, таким образом, пытаясь быть адекватными сложившейся после четырехдневной войны политической ситуации. Или же Армения, таким образом, фактически, готовится к более широкомасштабным действиям, разговоры о которых в последние дни активировались, особенно на фоне тех сведений, что на границе НКР наблюдается скопление и передвижение войск Азербайджана. Готовится ли Армения этим шагом к возможным событиям, и одновременно пытается обратить внимание международного сообщества на эту ситуацию? Или же Армения просто начинает процесс, который строится на более длительных расчетах, и проблема в настоящее время заключается в том, чтобы внести этот вопрос в парламентскую повестку дня, но быстрого принятия пока что нет в текущих планах?
В целом, очевидно, что для Армении изменение политических подходов в этой стадии является императивом, и Ереван параллельно с опубликованными тремя условиями для возвращения за стол переговоров, несомненно, должен представить альтернативные политические процессы. Во всяком случае, Азербайджан своим неразумным шагом дал Еревану эту возможность, и не использование этой возможности в дальнейшем может в политическом плане привести к более неблагоприятной ситуации.
С другой стороны, конечно, очень важно, выдвигает ли Ереван какой-нибудь сценарий для политического процесса, или просто данным мессиджем готовится к политическому торгу. Это, конечно, важное и существенное обстоятельство, учитывая то, что законодательная инициатива идет не от властей, а от оппозиционных депутатов.
