Освобождение Шуши 24 года назад было не только важным и переломным эпизодом в ходе Карабахской войны, и не только значимой победой в богатой битвами истории армянского народа, но и вообще редким проявлением мысли, воли и поведения армянского народа. На первый взгляд неприступная крепость Шуши был освобожден благодаря этой мысли, воле, и самопожертвованию.
Этот военный подвиг был прекрасным прецедентом не только для других военных успехов, но и для построения государства в гражданской жизни, которое армянский народ был вынужден осуществить параллельно с войной. В этом деле, к сожалению, Шуши не стал прецедентом, не стал примером подвига, не стал источником для воодушевления. За Шуши последовали другие важные победы, и, наконец, было достигнуто перемирие, но в процессе построения государственности, который последовал за этим, постепенно погасла связь с этими подвигами, и построение мира не стало продолжением победы в войне.
В ходе построения государства армянский народ, люди и группы, взявшие на себя ответственность за это, никогда перед собой не стали адекватные освобождению Шуши цели и не достигали реализации этих целей, благодаря мысли, воле и подвигу. Более того, на смену коллективизму пришло разделение, идеи заменил инстинкт, волю – аппетит.
В праздничные дни не принято, пожалуй, делать такие рассуждения, но в настоящее время Армения и Карабах находятся в таком переломном, роковом периоде и ситуации, что рабочие рассуждения не должны прекращаться даже в праздничные дни, и не нужно прекращать называть вещи своими именами ни на один день, даже ни на минуту или секунду. Перед Республикой Армения, перед обществом Армении поставлен императив – наконец-то поставить цель, которая была бы адекватной освобождению Шуши в деле построения государственности, и проявить волю и смелость, чтобы достичь этой цели.
В настоящее время перед Арменией и, возможно, вообще перед двумя армянскими государственностями – Арменией и Нагорным Карабахом поставлен императив этого подвига. Мы находимся не в обычном положении, чтобы удовлетвориться обычной динамикой государственного развития. Мы находимся в чрезвычайном положении, и от нас требуются чрезвычайные, героические решения, чтобы наш мир был адекватным нашей победе в войне, и был достойным продолжением войны. В настоящее время мы должны победить самих себя, пока мы окончательно не проиграли сами себе.
