Собеседник Первого Информационного – участник Карабахского движения Маргарита Карамян.
— Госпожа Маргарита, поскольку Вы недавно вернулись из Нагорного Карабаха, я бы хотела поговорить о настроениях, которые там царят. Серж Саргсян в ходе интервью в самолете при возвращении из Вены отметил, что не стоит жертвовать жизнью солдат, чтобы вернуть те земли, которые, фактически, захватил Азербайджан в ходе четырехдневной войны. Видят ли в Арцахе возможность урегулирования дипломатическим путем, или напротив, впечатления, чувства общества скорее ведут к войне?
— Честно говоря, для меня не только удивительно, но и смешно, что Серж Саргсян измеряет потерянные отрезки границ, закрепленных Конституцией НКР, в каких-то гектарах, километрах, это наша граница, для меня смешно, что государственное высокопоставленное лицо считает, что граница со стратегической, тактической, и моральной точки зрения не представляет важности. То есть, это означает, что вообще сейчас вопрос хотят перенести из дипломатической плоскости куда-то еще, то есть, забыли, что там погибли солдаты, что мы потеряли достаточно, а теперь два населенных пункта – Матагис и Мартакерт находятся под обстрелом, Джракни в Джабраилском районе тоже, теперь под обстрелом оказался наш пограничный полк, который охраняет границу с Ираном, под обстрелом оказалась долина Аракса, несколько сел Гадрудского района. Я не понимаю, о чем они говорят, был прорыв через нашу границу, в ходе которого у нас были жертвы, мы потеряли населенные пункты, а если завтра мы снова потеряем людей. населенные пункты, тоже скажут, что это для нас не имеет значения, то есть, что хотят сказать власти, что для них территория Карабаха вообще не имеет значения, они нас превращают в политическую жертву? Это просто смешно, но я могу сказать, что внутри властей Карабаха та же ситуация, я вообще не отделяю властей Армении и Карабаха, это одни и те же власти.
— Именно по части этого отделения мы боремся, хотим, чтобы была исправлена ошибка, допущенная при Роберте Кочаряне, когда Карабаха был вытеснен из переговорного процесса, но сегодня позиция официального Степанакерта не отличается от позиции Армении ни в одном вопросе, со всем, что говорит Серж Саргсян, со всеми шагами, которые он совершает, официальный Степанакерт соглашается, не протестует, во всяком случае, на официальном уровне, в прессе мы не видим, если и есть внутренние обсуждения, мы о них не знаем, поэтому, с каким аргументом должно быть возвращение Степанакерта за стол переговоров, если нет отличающейся позиции?
— Вы знаете, в обществе Арцаха что-то сломалось, потому что до сих пор они надеялись, говорили, как может Серж Саргсян сдать территории, будучи карабахцем, как он может сделать такое. И в ходе этой войны, когда мы потеряли эти территории, и наша армия уже была готова, и парни уже приблизились к этим позициям, чтобы вернуть их, прозвучал приказ из какой-то страны, чтобы мы остановились, и не восстановили наши границы. То есть, это уже вызвало подозрения у людей. А после приезда из Вены, когда С. Саргсян сказал, что эти территории не имеют для нас значения, и мы не хотим жертвовать из-за них жизнями солдат…Но кто сказал, что мы пожертвуем жизнями солдат, может, наши парни без потерь вернут эти позиции. Мы готовы, ждем приказа, чтобы восстановить наши государственные границы, и вдруг эту границу превращают в какие-то территории, гектары, во что-то смешное. Я знаю, что в нашей армии совершенно другие настроения… Говоря об армии, я не хочу ставить различие между парнями из Арцаха и Армении, они все герои, они не посмотрят ни на одно политическое решение, они знают, что должны восстановить государственную границу Арцаха, потому что после прорыва этой границы мы оказались перед большими опасностями.
— Мы говорили о властях, но оппозиция, которая в Карабахе, кажется, в каком-то смысле маргинальна, в любом случае, отсюда мы получаем такое впечатление, конечно, есть мнения против С. Саргсяна, Б. Саакяна, но очень мало, возможно, от одной партии, одного деятеля, от вас мы слышим, от Ваана Бадасяна и так далее, в целом, чем мешает отсутствие оппозиции в Степанакерте, и можно ли в ближайшем будущем прогнозировать смену власти посредством предстоящих выборов?
— Честно говоря, я не хочу опережать события, у нас еще есть первоочередные задачи по защите нашей страны, наша страна находится под угрозой, у нас есть опасения, что власти за спиной народа устраивают еще какие-то заговоры, и не исключено, что то же самое может повториться, и это знают все, и в армии, и в обществе. Мы неоднократно пытались немного активировать наше Национальное Собрание, потому что в любом случае, это парламент страны, с трудом это получается, потому что в течение 20 дет, начиная со времен Аркадия Гукасяна, в Карабахе уничтожалось гражданское общество, оппозиция, вообще все настолько размазано, что там, скажем, другое мнение, которое не совпадает с мнением властей, рассматривается, как национальное предательство. То есть, ты говоришь, что мы должны защищать страну, должны действовать согласно Конституции, что должны действовать государственные институты, чтобы мир признал нас, как государство, и тебя из-за этого считают предателем народа, поскольку есть внешний враг. Но мы видели, к чему привела эта политика. Мы сказали нашим властям, что своей политикой они уничтожили и гражданское общество, и оппозицию, и это привело к войне, привело к тому, что мы стоим перед угрозой потерять страну. Насколько это сегодня понимают власти, я не могу сказать, я говорила на разных уровнях, начиная с Бако Саакяна, и заканчивая депутатами, я пока не вижу государственного мышления.
