Заместитель руководителя администрации президента Азербайджана, заведующий отделом по внешним связям Новруз Мамедов заявил, что Баку не против расширения полномочий и возможностей личного представителя действующего председателя ОБСЕ, в связи с чем последовало заявление после венской встречи Саргсян-Алиев.
Пожалуй, не стоило бы удостаивать вниманием это заявление бакинского чиновника, если бы не один нюанс. Дело в том, что в конце прошлой недели тот же Мамедов заявил, что в Вене Баку не брал на себя никакой ответственности или обязательств, и данное заявление является позицией сопредседателей Минской группы ОБСЕ. И вот теперь все тот же Новруз Мамедов, фактически, говорит об обратном, что означает перемену позиции Баку.
В чем причина этого или насколько стабильно это изменение, конечно, сказать трудно, так как Баку через несколько дней вновь может выразить иную позицию. Однако примечательно то, что за промежуток времени между этими двумя высказанными позициями или сменой позиции Саргсяну и Алиеву позвонил вице-президент США Джо Байден. Дело в том, что первое заявление Мамедова о том, что Баку не брал в Вене на себя подобного обязательства, непосредственным образом было расценено как сигнал о выходе из рамок договоренностей, достигнутых в Вене. Конечно, до конца неясно, какие именно договоренности были достигнуты в Вене, однако то, что Баку отказывается или пытается отказаться от них, свидетельствует о том, что в Вене не произошло ничего обнадеживающего для Баку.
И здесь, конечно, возникает вопрос: только лишь для Баку? Дело в том, что заявление Мамедова прозвучало после того, когда в Азербайджане вплоть до приема на уровне Алиева был удостоен вице-премьер России, печально известный Дмитрий Рогозин. И за этим приемом последовало заявление Баку о Вене – о том, что не было договоренности касательно расширения полномочий офиса личного представителя действующего председателя ОБСЕ.
Дело в том, что здесь вопрос не только и не исключительно касается полномочий или масштабов данного офиса. Здесь весь вопрос в инструментарии управления режимом перемирия в процессе урегулирования конфликта вообще, где с расширением роли ОБСЕ, по большому счету, принижается роль России. А вся тактика Азербайджана основана именно на роли Москвы. И именно по этой причине расширение роли ОБСЕ становится неприемлемым для Баку.
Азербайджан за последние 2-3 года успешно продвигал свою агрессивную политику в условиях доминирования именно роли России. Естественно, что Баку не захочет нарушать этот статус-кво, так как в обратном случае может стать незыблемым и нынешний региональный статус-кво.
С этой точки зрения очень важно, что Мамедов вдруг делает иное заявление – после звонка Байдена Алиеву. Вероятно, Байден освежил память официального Баку и впечатления после Вены, после чего Баку отредактировал свою позицию по части расширения роли ОБСЕ.
Проблема в том, с какой периодичностью нужно освежать память Алиева, и будут ли до него достаточны дипломатические вмешательства США, или же, в конце концов, возникнет необходимость в армянском военном вмешательстве?
