Во внутренней жизни Армении встреча в Санкт-Петербурге отразилась только в контексте ареста Жирайра Сефиляна, а в содержательном смысле, санкт-петербургская встреча, как и все саммиты Саргсян-Алиев, осталась непричастной к внутриполитической жизни Армении, или внутриполитическая жизнь осталась непричастной к этой встрече.
Политические силы Армении, их основная часть, которая представлена в парламенте, открыто отказалась от ответственности в каком-либо вопросе. Это обстоятельство пытаются представить, как проявление объединения, консолидации, не препятствования властям, и других подобных явлений, которые особенно бурно начали проявляться на основе апрельской войны. На самом деле, однако, все это обобщается одним словом – оправдание.
Политические силы Армении, таким образом, оправдывают себя за то, что отказались от ответственности в Карабахском вопросе. Эта ответственность была возложена на власти, и здесь основным мотивом является не столько не препятствование, сколько невмешательство. В конечном счете, даже не препятствование должно иметь формулировку. То есть, не мешать чему, или что может вызвать такую необходимость. В конце концов, это – проблема, которая не может априори подчиняться не препятствованию или невмешательству. В конечном счете, для того, чтобы определить обстоятельство препятствования, нужно четко знать, чему ты собираешься препятствовать, или не собираешься препятствовать. Потому что, возможно есть то, чему нужно препятствовать. Более того, возможно, власти сами могут захотеть в каком-то смысле, чтобы политические силы мешали им, оппозиционные силы мешали им.
Если политическое поле ждет в этом вопросе властей, то откуда такая уверенность, что власти в этом вопросе тоже не будут руководствоваться только личными корыстными мотивами, как во внутренних вопросах. Иначе здесь тоже странно то, что силы, не доверяющие властям во внутренних вопросах, во внешних, неизвестно почему, на каких основаниях доверяют. Ведь проблема относится к безопасности государства, включая Армению и Нагорный Карабах. Причем, относится к направлению, где исправление ошибок уже может не зависеть только от нас, не быть делом наших рук – в отличие от внутренних вопросов. Значит, именно здесь, в нынешнем бушующем мире, в условиях обостренного противостояния силовых центров властей нельзя оставлять наедине со своей ответственностью. Но политические силы Армении оставили. Между тем, кажется, что в поведении политического поля Армении именно это должно было стать одним из важных уроков войны – повысить контроль общества над внешнеполитическими процессами, снизив сюрпризы безопасности вследствие этих процессов.
В конечном счете, угрозы безопасности начали расти с геометрической прогрессией после того, как в условиях полной нейтрализации общественного контроля, которую обеспечили именно политические силы, власти Армении втиснули государство в ЕАЭС, после этого Армения и Арцах в плане безопасности постепенно посредством более смертельных угроз, вплоть до четырехдневной войны, на себе почувствовали всю тяжесть внешней политики, лишенной общественного контроля. Но политические силы Армении в этом плане, кажется, не собираются менять ситуацию, что означает, что рано или поздно созреют новые вызовы. Возможно, политические силы надеются на то, что если они не могут внутри страны свергнуть власть, то внешние вызовы смогут это сделать, и открыть для них путь. Если даже эта надежда реалистична или осуществима, то, все равно, это сверхопасная надежда, потому что в подобной ситуации, как правило, государство терпит крах раньше, чем власти. Вновь примером этого является апрельская война, из которой стало очевидно, что она дорого бы стоила Сержу Саргсяну, если бы молодые и юные солдаты не спасли государство.
