Никто из членов вооруженной группы не признает себя виновным в предъявленном обвинении. Многие члены группы отказываются также давать показания. Раненые члены группы, которые еще находятся в Уголовно-исполнительном учреждении «Больница для осужденных», подвергаются бесчеловечному обращению, и только после заявлений-жалоб адвокатов отношение к ним пересматривается.
Адвокат Инесса Петросян несколько дней назад сказала о бесчеловечном отношении к Араму Манукяну, когда в «Больнице для осужденных» его держали в комнате с влажными и заплесневелыми стенами, где было полно тараканов.
Сестра одного из членов группы Ованнеса Арутюняна – Тамара – рассказала нам, что то же самое произошло и с ее братом. «Первые два дня были ужасными. Даже адвокат был в панике, и целый день писал жалобы, чтобы его перевели. Ованнеса держали в каком-то свинарнике, тараканы ходили по ранам. Даже после того, как там все почистили, чтобы провести съемку, во время съемки таракан упал с кровати»,- рассказала Тамара, добавив, что после многочисленных жалоб адвоката, Ованнеса перевели в комнату с более человеческими условиями.
«Сейчас все нормально, условия хорошие. Просто понято, что есть тенденция держать парней в таких нечеловеческих условиях»,- сказала Тамара, добавив, что ее брат не давал показаний, и не признает себя виновным. «Его показания заключаются в том, что он не признает себя виновным»,- сказала сестра.
Кстати, она сказала, что они не знали о запланированных действиях, но знали, что Ованнес общается, встречается с этими парнями. «Ну, они же военные, и, естественно, не стали бы говорить о военной тайне налево и направо, но то, что он общался, встречался с героями, мы знали об этом»,- сказала Тамара.
Мать Гарника Овакимяна – Марине Папикян тоже в беседе с Первым Информационным сказала, что ее сын тоже отказался от дачи показаний. Он чувствует себя хорошо, но свидание с ним невозможно. «Не знаю, что будет, в голове у меня все смешалось. Только, как мать, я рада, что мой сын вышел из этого здания живым и здоровым, независимо от дальнейших событий. Ну, а что будет потом, не могу сказать»,- сказала госпожа Марине, добавив, что она ничего не знала. Сын только вернулся из России, и у него были другие планы. «Не знаю, что произошло, но в данный момент ничего не могу сказать, я в замешательстве»,- заключила она.
Отец Эдгара Согомоняна, который в первые дни инцидента выступил с пресс-конференцией, попросив сына сложить оружие, сегодня в беседе с Первым Информационным сказал, что сын обеспечен адвокатом, но уже арестован на два месяца. «Меня отвели туда, я перед всем миром сказал, чтобы отпустили моего сына, поскольку он мой единственный кормилец, но его арестовали. Мой сын ни в чем не виноват, он ничего не знает ни об оружии, ни о политике, там все невинные парни, не понимающие в политике, но их арестовали»,- сказал Согомонян, добавив, что Эдгар тоже не давал показаний. Согомонян собирается в ближайшее время посетить сына, хотя уверен, что ему не разрешат.
«Мне кажется, что не разрешат, но я должен пойти туда. Когда немного приду в себя, отсюда оттуда возьму деньги в долг, возьму такси и отвезу сыну немного еды. Два дня есть не буду, но отвезу сыну», — сказал отец, добавив, что у его сына проблемы со здоровьем, очень высокое давление, и в день ареста вызвали скорую помощь.
Сестра Татула Тамразяна – Анна – в беседе с нами сказала, что Татул еще находится в больнице, выздоравливает. У них есть адвокат, но следственные органы пока адвоката не зарегистрировали. Анна также сказала, что Татул тоже не давал показаний, в отношении него пока не осуществлялись следственные действия, исходя из его состояния здоровья.
Отметим, что следственные органы никому не разрешили свиданий со своими родственниками. Кроме того, они приняли интересную тактику – без уведомления родственников они назначают общественного защитника, этим самым не позволяя группе профессиональных адвокатов, специально сформированной для защиты парней, заниматься этим делом.
