С 2008 года вступив в должность президента, Серж Саргсян достаточно активировал контакты Армении с Западом. Также было заметно, что и Запад достаточно активизировал взаимное внимание. Причем, пожалуй, было бы неверно все это обуславливать только лишь заинтересованностью Запада в вопросе армяне-турецких отношений, так как Запад продолжает сохранять свое внимание в отношении Армении, и даже активировать даже и после тупика, заморозки в армяно-турецких отношениях, одновременно подчеркивая, что армяно-турецкий и Карабахский вопросы не должны быть взаимосвязаны.
Более того – повестка отношений Запада с Арменией, а также и тематика этих отношений свидетельствовали о том, что дело не только в армяно-турецком вопросе или в уступках, требуемых от Армении в вопросе Карабаха, а, может, и вовсе такие уступки, как это представляла значительная часть нашего общества, от нас и не требовались. В то же время, возникшее новое содержание в отношениях Армения-Запад в ходе президентства Сержа Саргсяна осталось неизменным, и даже по нескольким направлениям, например, в связи с военными базами и безопасностью, углубилось содержание армяно-российских отношений. Это принято называть комплементаризмом, однако очевидно, что глубинные тенденции совершенно иные, и даже намного глубже и шире радиуса лести в адрес Запада и России равным образом.
Армения находилась и находится в большой цивилизованной стадии перехода. По сути, этот переход для Армении имеет не десятилетнюю, а, пожалуй, столетнюю, и не будет преувеличением сказать, что тысячелетнюю давность. В считающейся перекрестком или точкой пересечения Армении созрело сознание, что это состояние перекрестка на самом деле является не преимуществом, а самообманом. Нужно выйти из перекрестка, тем более, когда мировое дорожное движение стремительно затрудняется, а правила находятся в стадии серьезных изменений.
Проблема цивилизованного перехода в Армении должна была назреть автоматически, потому что невозможно всегда оставаться на перекрестке, когда проезжающие мимо «машины» беспощадно сталкиваются с тобой, а ты продолжаешь примитивный самообман относительно того, что нахождение на перекрестке выгодно в геополитическом плане.
Судя по всему, технологический прогресс, технологическая революция увеличила возможность прогресса самосознания у армян, и сейчас ясно, что геополитическая выгода заключается не в том, чтобы стоять на перекрестке, когда проезжающие мимо машины постоянно сталкиваются с тобой, и тем более, не в том, чтобы быть перекрестком, когда все совершают наезд на тебя, а в четкой цивилизационной ориентации. А в этом плане, однозначно то, что в современном мире эта ориентация может быть только в направлении западной цивилизации, поскольку эта цивилизация добилась самых больших достижений, и в настоящее время продолжает быть вне конкуренции.
Цивилизационный выбор вовсе не означает отказ от России ради Запада. Это максимум может означать то, что Армения может, как государство уточнить также свои отношения с Россией, а также со всеми остальными крупными или не очень крупными политико-экономическими центрами.
Но для всего этого требуется сделать цивилизационный выбор, тем более, что мы сильно опоздали в этом вопросе, и как государство, и как общество, конечно, на уровне элит. А без этого мы продолжим оставаться на перекрестке, этими примитивными представлениями, ставя под угрозу самих себя.
