В последние дни довольно большой шум подняла информация о том, что Иран разрешил на своей территории разместить российские бомбардировщики и истребители, которые наносят удары по военным подразделениям, воюющим против правительственных войск в Сирии. Иран успел заявить, что речь не идет о размещении российской военной базы в Иране.
Тем не менее, интересно, можем ли мы иметь дело с российско-иранским союзом на основе достигнутой договоренности, в том смысле, что этот союз, по сути, волей-неволей, будет направлен против Запада.
Дело в том, что если сформируется российско-иранский военно-политический союз, если мы будем иметь дело с этой ситуацией, то это, по сути, станет лишней разделительной линией для Армении, которая означает, что Армения на этой линии будет всего лишь пунктом российского подчинения, а в целом, окажется по ту сторону от ужесточающейся линии противостояния Запада с Россией. А это вовсе не нужно Армении.
С другой стороны, также это происходит на фоне разговоров о необходимости российско-американской координации, и здесь может идти речь не о российско-иранской антизападной коалиции, а о том, что Иран определенным образом берет на себя роль координационной плоскости в вопросе Сирии между Западом и Россией. В какой-то стадии сирийских событий эту роль пыталась взять на себя Турция, но здесь, конечно, события развивались по совершенно другой логике, и Анкара в вопросе этой своей роли проявила чрезмерные амбиции, за что заплатила очень высокую цену.
Иран является тем игроком, который постоянно проявляет довольно сдержанное, даже скромное, в то же время, принципиальное геополитическое поведение. Как относится проблема Кавказа в этой расстановке? Это неизбежным образом является предметом общих косвенных договоренностей, вопрос в том, в каком контексте.
Означает ли это, что могут быть достигнуты договоренности в вопросе изменений на Кавказе, или напротив, Иран согласился стать территорией, плоскостью для российских действий в вопросе Сирии, в то же время, косвенно может стать платформой непрямой координации с Западом в этом деле, взамен ожидая стабильности в кавказской ситуации, и в первую очередь, естественно, по соседству с северной границей Ирана. То есть, стабильность в Карабахской зоне. Причем, довольно высоки именно такие амбиции, учитывая последние заявления относительно Карабахского процесса, в частности из уст президента России о равновесии.
В то же время, американский сопредседатель Минской группы ОБСЕ Джеймс Уорлик, которым он приветствовал личное участие Путина в вопросе стабильности. Судя по всему, с одной стороны, Западу, а с другой стороны, Ирану удалось привести Россию на поле определенной стабильности на Кавказе. Проблема в том, на какое время.
