«Апрельские и постапрельские события в очередной раз показали, что мировые геополитические и геоэкономические процессы преимущественно проецируются на наш регион, и влияют на наш политический климат»,- в беседе с Первым Информационным сказал кандидат политических наук Арам Терзян.
Он выделил три основных процесса, которые, по его мнению, оказали большое влияние на региональные события и на нынешнюю ситуацию. «Первое – это снижение международных цен на нефть, что в Азербайджане вызвало существенные социально-экономические проблемы, и, судя по всему, также и некоторым образом обусловило агрессивное поведение Азербайджана в отношении Армении, в лице развязанной в апреле войны. Второй фактор – это углубление противостояния Россия-Запад в результате украинского кризиса, и третий – это обострение сирийского кризиса, что отразилось на армяно-российских отношениях».
По мнению политолога, первый вывод, который можно сделать из апрельского процесса, это то, что риторика Азербайджана о том, что он может за считанные дни «восстановить свою территориальную целостность», и захватить все земли, пустая. «Война показала, что, сколько бы ни говорили о том, что Армения потеряла территории, следует учесть, что планы Азербайджана относительно Мартакерта и Джабраила не осуществились, и это перенесло военную ситуацию на закулисную плоскость, чем и были обусловлены ряд событий. В последнее время активировались российско-азербайджанские отношения, а также сформировался новый трехсторонний формат Россия-Азербайджан-Иран, и на этой плоскости одним из важных вопросов были сценарии урегулирования Карабахского конфликта.
В настоящее время на процесс существенно влияют определенные тенденции сближения российско-турецких отношений, которые снижают кажущуюся напряженность. Любой участник процесса преследует определенные интересы»,- отметил А. Терзян.
По его мнению, апрельская война не могла быть без российско-азербайджанского согласия. «В противном случае, углубление напряженности российско-турецких отношений могло бы привести к более широкомасштабной войне, если бы не было этой согласованной, и имеющей четкие границы определенной программы. Об этом свидетельствует также слабая и неубедительная реакция России во время апрельских событий»,- подчеркнул политолог.
