Нормализация турецко-русских отношений оказывает непосредственное влияние на сирийский конфликт, демонстрируя, как интересы вовлеченных в конфликты крупных игроков влияют на малые стороны конфликта.
По состоянию на ноябрь прошлого года, вовлеченные в сирийский конфликт Россия и Турция, были по разные стороны баррикад. В частности, Турция, будучи частью коалиции под командованием США в Сирии и Ираке, боролась против террористической группировки «Исламское государство», в то же время, поддерживая оппозиционные силы сирийского президента Башара Асада. Кроме того, Турция четко давала понять, что не допустит формирование курдской автономии в Сирии. Россия, в свою очередь, вовлеченная в сирийский конфликт в сентябре прошлого года, объявила о борьбе против «Исламского государства» и поддержке президента Асада. В Сирии конфронтация между Россией и Турцией привела к сбитию российского бомбардировщика Су-24 на турецко-сирийской границе в ноябре 2015, что резко обострило отношения между Москвой и Анкарой.
Напряженность сохранялась с ноября 2015 до лета 2016, в ходе чего стороны, в частности, «в рамках» сирийского конфликта, выступили с взаимно осуждающе-обвинительными заявлениями и проектами, противоречащими интересам друг друга. Одним из таких проектов было создание курдской автономии на севере Сирии, автором которого, можно сказать, являлись Соединенные Штаты, но Москва прилагала активные усилия в этом направлении в начале текущего года.
Тем не менее, несмотря на то, что в течении восьми месяцев интересы Турции и России в Сирии казались несовместимыми, произошло резкое изменение ситуации. 27 июня стало известно, что президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган извинился перед президентом Владимиром Путиным за сбитый российский бомбардировщик. После этого шага Анкары, начались, образно говоря, взаимные объятия, в ходе которых они также заявили о своей готовности сотрудничать в вопросе Сирии.
Констатируя, что вышеупомянутое сближение России и Турции происходило, в целом, на фоне напряженности в отношениях между Анкарой и Западом (в связи с попыткой военного переворота в Турции, с выполнением миграционных соглашений с ЕС и процессом либерализации визового режима), заметим, что влияние турецко-российского сближения было действительно резким.
Влияние сближения России с Турцией тяжелее всего сказалось на одну из сторон сирийского конфликта – курдах.
Уже с 18 августа, в СМИ появлялась информация о том, что сирийская правительственная армия, впервые за 5 лет конфликта, начала атаки по направлению города Эль-Хасака в северо-восточной части страны, который находится под контролем курдов. Параллельно с этим, Турция активизировала военные операции на границе с Сирией, утверждая, что наносит удары и по курдам, и по позициям ИГ.
Тот факт, что войска союзника Москвы Башара Асада и вооруженные силы Турции одновременно ориентируются на курдов, показывает, что, возможно, именно так работает российско-турецкое сотрудничество, когда заявления, сделанные в прошлом забыты и проигнорированы интересы более мелких игроков. Воздерживаясь от разговоров про русско-турецкую ось в Сирии и далеко идущих целей и возможностей присоединения к ней Ирана, отметим только, что на примере Сирии можно увидеть, к чему может привести русско-турецкое сотрудничество, когда речь идет о разрешении конфликтов, в том числе, к сожалению, карабахского конфликта, так как с легкой руки России, Турция может быть вовлечена также в это «урегулирование».
В частности, после сближения России с Турцией, из уст министра иностранных дел Турции Чавушоглу прозвучало заявление, что вопрос карабахского конфликта может обсуждаться в формате Россия-Турция-Азербайджан. В то же время, Россия, которая является сопредседателем Минской группы ОБСЕ, не против более активного участия Турции в переговорном процессе. В частности, если переговоры о процессе урегулирования карабахского конфликта и инициатива была у сопредседателей Минской группы, теперь Владимир Путин сообщает, что в качестве гаранта может выступать какая-либо из стран-членов Минской группы ОБСЕ. Все это создает предпосылки предположить, что под прицелом турецко-русских взаимных объятий и «любвеобильной торговли» может оказаться карабахский вопрос, и как изменились позиции Москвы и Анкары в Сирии, так, подобное может произойти и в Карабахе.
Ваге Гукасян
«Союз Информированных Граждан»
