В Армении отставка премьер-министра наиболее интересна, не как сама по себе отставка руководителя правительства и правительства, а именно, как отставка Овика Абраамяна. Конечно, это произошло не от хорошей жизни, учитывая то, что на самом деле проблемой не должны быть отдельные личности, и правительство с любым руководителем просто должно отвечать за результаты экономической политики. В Армении результатов экономической политики, во всяком случае, для государства и общества нет.
Но, как ни странно, в вопросе отставки премьер-министра главное не это, а именно обстоятельство отставки Овика Абраамяна, исходя из логики армянских реалий. Овик Абраамян, по сути, является «эпохальной» фигурой, и рассматривался, как плавное, логическое продолжение правящей системы. В системе власти Армении, по сути, нет других фигур, и не случайно его заменяет кандидат в премьер-министры, приехавший из России. И поскольку Овик Абраамян уходит с должности премьер-министра, то получается, что прерывается логическое продолжение правящей системы Армении, система блокируется, останавливается.
Это, конечно, не имеет физического смысла, поскольку власти с теми же лицами продолжат, и попытаются решить проблему 2017 года. Но очевидно, что внутри власти возникает фундаментальный конфликт между старым и новым, в чем власти на высоком уровне признаются впервые. Это делает именно уходящий Овик Абраамян, заявив о том, что решил подать в отставку для того, чтобы дать шанс новому началу, новым лицам. До сих пор власти никогда не признавались в открытом конфликте между новым или старым в своей системе, в той реальности, что, либо новое должно уступить, либо старое. Овик Абраамян сделал это признание, что либо было раскрытием логики «после меня хоть потоп», либо боевой клич не сдаваться всем «старым», для которых он объявил «мобилизацию».
Теоретически не исключено также, что Абраамян это разоблачение делает взаимосогласованно с властями в частности, с Сержем Саргсяном, таким образом, фактически, выдвигая новый вектор предвыборного процесса, новую интригу, противостояние, которым власти попытаются маневрировать накануне парламентских выборов. Например, если до этого власти львиную долю внутриполитических процессов пытались поглотить противостоянием РПА-ППА, то в настоящее время это противостояние может проявиться между старым и новым, и власти могут попытаться в этом формате в этот раз присвоить львиную долю внутриполитических процессов. Причем, это не означает, что конфликт сам по себе полностью искусственный, как в случае формата РПА-ППА.
На самом деле есть серьезное столкновение интересов, но, как всегда, есть предел общей безопасности, исходя из логики одного и того же корабля, или «совместного преступления», когда не может быть частичного потопления или провала. В соответствии с этим, внутри системы в условиях объективной реальности конфликта в различных форматах, стороны конфликта объективно не забывают о конфликте с обществом, правом, законом, и о совместной «защите». В соответствии с этим, в предвыборной стадии уже выявление конфликта между «старым» и «новым» может быть именно тактическим шагом совместной защиты.
В то же время, однако, то обстоятельство, что выявление или обобществление конфликта делает Овик Абраамян, то есть, независимо от отставки, один из значимых фигур системы власти подсказывает, что ситуация действительно серьезная, и ключевым мотивом является не только тактическая игра. Речь скорее может идти о правилах игры, но уже игры внутри власти.
С этой очки зрения, интересным и важным будет то, по каким правилам игры будет играть Овик Абрамян после отставки в каком-либо новом статусе. Тем не менее, он продолжает оставаться одним из самых значимых фигур правящей системы Армении после Сержа Саргсяна, который конечно, лишается значительных административных ресурсов, но продолжает оставаться в игре, по крайней мере, до тез пор, пока не сформируется, так сказать, новая команда системы власти, и существует определенный теоретический вакуум, какими бы постабраамяновские сценарии ни были определенными для властей, их еще нужно применить, и получить результат, что вовсе не гарантировано.
И в этих условиях трудно сказать, поспособствует, или помешает выявление конфликта внутри власти формированию этого результата. Потому что, в конце концов, раскрывая конфликт, Овик Абраамян условно ставит «новое» крыло перед наиболее ответственной ситуацией и проблемами, по большому счету, не позволяя скрыться за спиной «старого», или свободно использовать «старое» в качестве предвыборного щита, который вообще можно выбросить после выборов.
