Отставка губернатора Сюника Сурика Хачатряна действительно является значимым шагом с точки зрения логики правящей системы, тем более, учитывая то обстоятельство, что отставка произошла не по какому-то нашумевшему поводу, как в прошлый раз. В прошлый раз Лиска ушел в отставку после известного инцидента, связанного с Будагянами, но через несколько месяцев вернулся на должность губернатора.
Сейчас Сурик Хачатрян уходит без какого-либо нашумевшего повода, что, несомненно, позволяет властям сделать этот уход «убедительным» аргументом искренности начавшихся изменений.
То, что отставка Лиски является выразительным фактом, вне всяких сомнений, а в вопросе убедительности в плане искренности изменений, безусловно, очень далек от того, чтобы быть удовлетворительным. Очевидно, что пока это тоже продолжает оставаться преимущественно в логике пропагандистского эффекта.
Конечно, здесь стоит констатировать, что в существующем в настоящее время социально-психологическом состоянии, шаги, направленные на пропагандистскую эффективность, неизбежным образом будут в числе первых, поскольку, несомненно, трудно представить, что новое правительство и премьер-министр сделали бы такие практические шаги, которые изменили бы жизнь общества, и показали бы преданность изменениям.
С другой стороны, отстранение Лиски без какого-либо нашумевшего повода уже само по себе является делом, поскольку, если даже и делается это по логике пропагандистского эффекта, все равно это отстранение не может не привести к определенным изменениям во времени, если даже и Лиска уйдет только де-юре, а де-факто продолжит пользоваться влиянием и безнаказанностью в Сюнике.
В конечном счете, подобные шаги, как бы ни были направлены на то, чтобы оказать впечатление на общество, несомненно, оказывают такое же влияние, так сказать, на «старожилов», или на тот слой правящей системы, ярким представителем которой был Лиска. Как бы этот слой ни был уверен, что эти изменения делаются всего лишь для разрядки общественного недовольства, и придания новой облицовки властям, все равно, они, конечно, в глубине души заставляют задуматься каждого.
А Лиска в этом смысле слишком символичная фигура, которая, по сути, была символом безнаказанности или неприкосновенности, ему и его семье прощали такие вопиющие реальности, которые создали достаточно оснований для того, чтобы предположить, что государство попросту находилось на службе у семьи Хачатрянов, по крайней мере, в Сюникском марзе.
С этой точки зрения, отстранение Лиски, возможно, было более символичным, чем отстранение Овика Абраамяна, не говоря уже о Гагике Бегларяне и Гагике Хачатряне.
Но пока, конечно, остается открытым самый важный вопрос: кто приходит на место ушедших, пришедший будет прикрывающим, или заменяющим. В этом плане эффективные шаги пока отсутствуют, между тем, от них зависит также и пропагандистская долгосрочная эффективность отставок, что важно для перспектив более глубоких изменений, хотя бы теоретически.
