Собеседник Первого Информационного – экономический обозреватель Айк Геворгян.
— Какое экономическое обоснование и цели имеет переименование министерств, может ли переименование стать стимулом или причиной того, чтобы эти министерства стали работать, и выполнять свои функции должным образом.
— Конечно же, нет. Например, если взять Министерство экономики, вся информация об иностранных инвестициях, работы по нахождению и привлечению иностранных инвесторов всегда осуществляло Министерство экономики. Не важно, какие названия мы даем министерствам, это всего лишь добавляет содержание того, чем было занято или будет заниматься данное министерство. Естественно, на экономику это не может оказать никакого влияния. Вообще, в Армении можно объединить три-четыре министерства, или есть огромные министерства, которые можно сделать всего лишь органом правительства, например, Министерство Диаспоры – странно звучит, не так ли, я не знаю есть ли в мире опыт такого министерства, или нет. Название не будет иметь никакого значения, важно то, чем занимается это министерство, это ведомство, сколько человек участвует в работе этого министерства, сколько человек с утра до ночи играет в игры на компьютере, сколько человек решает свои личные вопросы, важно это. Какой-либо смысл или значение я бы не закладывал в название.
— А имеет ли экономическое обоснование?
— Естественно, нет. Экономическим обоснованием будет то, если после переименования состав министерства сократится, тогда и будет экономический эффект – из бюджета будет меньше расходов, но пока что таких разговоров нет. Проблема не только в переименовании, существенных изменений, конечно, не будет.
— А в таком случае, переименование министерств, на Ваш взгляд, с какой целью осуществляется?
— Вы знаете, наверно, в течение 25 лет в Армении мы жили в виртуальной реальности, нужно показать, что что-то меняем, постоянно меняем названия министерств, объединяем их, отделяем, добавляем какие-то названия, потом удаляем. Например, была проблема с объединением и разъединением налоговых и таможенных органов, потом они были присоединены к Министерству финансов, затем, были отделены, а сейчас вновь говорят о том, что налоговые и таможенные органы вновь должны быть отделены, речь идет о КГД, ни в одном случае изменение названий министерств ни к чему не приводило. От этого просто создается впечатление, что осуществляются изменения. Это формальные изменения, они до сих пор не оказывали содержательного влияния. Если Правительство решило осуществить радикальные изменения, вовсе не обязательно менять названия министерств, или осуществлять структурные изменения.
— После апрельской войны бывший премьер-министр говорил об осуществлении программы оптимизации, сокращении нецелевых расходов, насколько эта философия помещается в деятельность новоназначенного премьер-министра Карена Карапетяна?
— Я бы не спешил сказать, что сделает Карен Карапетян в плане оптимизации, правительство еще полностью не сформировалось, есть сложности, связанные с правильным выбором кадров, договоренностями с различными политическими силами, поэтому и затягивается. Через короткое время все будет видно. Но систему государственного управления нужно, мягко говоря, сократить. Государственная система настолько раздута, что если освободить с работы половину чиновников, государство, в плане управления, не почувствует этого, поскольку большая часть чиновников, по моему убеждению, заняты катанием шаров, нужно сделать радикальные изменения, нужно с помощью «топора» уволить этих чиновников с работы.
