Слухи о возвращении Гагика Царукяна в активную политику становятся все более частными и более предметными. Если, к примеру, его бывшие и, возможно, будущие партийные подчиненные до этого говорили о том, что в обществе есть большой спрос на его возвращение, то сейчас уже они заявляют, что вероятность возвращения «велика». Об этом заявил секретарь парламентской фракции ППА Ваге Энфиаджян. Примечательно, что это заявление звучит после выборов в органы местного самоуправления.
На первый взгляд, здесь ППА неплохо проявила себя, и прошла в Совет Старейшин, как Гюмри, так и Ванадзора, в нескольких местах кандидаты ППА победили в сельских общинах. Но проблема, конечно, не в ППА, а в общей политической ситуации, и вопрос возвращения Гагика Царукяна решается в этом контексте, следовательно, на уровне не ППА, и даже не РПА, а Сержа Саргсяна. Как говорится в известном фильме: я ее похитил, я ее и освобожу. Просто в данном случае происходит обратное: я его устранил из активной политики, я его и верну.
В данном случае вывод о необходимости возвращения Гагика Царукяна назрел именно после выборов в органы местного самоуправления, на которых Серж Саргсян зафиксировал очень неутешительную картину. На выборах в органы местного самоуправления очевидным образом отсутствовало централизованное вмешательство, явно чувствовалось, что президентская резиденция даже в каком-то смысле демонстративно держит дистанцию от выборов в органы местного самоуправления, рассматривая их только с партийного расстояния РПА. И вот, это расстояние, по сути, провалилось, и РПА практически ценой больших усилий смогла сохранить свою власть во втором и третьем городах республики. Большие усилия в данном случае – это крупные манипуляции, фальсификации и действия, имеющие мало общего с законом.
То есть, РПА, по большому счету, провалилась на выборах в органы местного самоуправления. И это в том случае, когда это были не политические выборы, или у них не было тех политических оттенков и акцентов, когда ставятся проблемы общегосударственного значения, в том числе и с наличием механизмов смены власти, пусть и де-юре механизмов. В этом случае активность общества и настроенность пусть и в сравнении с выборами в органы местного самоуправления, становится более жесткой.
Это означает, что в общегосударственных масштабах власти столкнутся с большим общественным сопротивлением. Речь, конечно, не идет о непреодолимом сопротивлении, тем более, когда очевидно, что чем больше общество настроено на то, чтобы быть активным и жестким, тем активнее будут бороться друг с другом также и оппозиционные или выступающие с таких позиций политические силы, этим значительно разряжая эту общественную активность и способствуя властям. Однако, власти не хотят полагаться только на этот фактор, или, точнее, власти стремятся обеспечить сами себя большим количеством предвыборных или избирательных гарантий. А в этом плане, нет никаких сомнений в том, что одним из самых влиятельных и самых жизнеспособных является Гагик Царукян.
Причем, не только одна из влиятельных и жизнеспособных, но и, по сути, испытанных гарантий, поскольку Царукян, по сути, около десяти лет для властей играла роль буфера между оппозиционным электоратом или подушкой безопасности.
Конечно, за это время Царукян также создавал проблемы для этих властей, поскольку его фактор пытались использовать противники Сержа Саргсяна, первый и второй президенты, что в свою очередь вызвало различные противоречивые настроения внутри Республиканской партии, становясь причиной беспокойств, и определенного недоверия в отношении Сержа Саргсяна. Но, в целом, Серж Саргсян смог уравновесить все это, не допустить отдельных всплесков, и, в конце концов, начиная решение проблемы с личности, с устранения Гагика Царукяна, окончательное решение попытался дать в системном плане, устранив президентские выборы, и установив парламентское управление. В этом случае уже Гагик Царукян не только не опасен, но и даже очень важен и необходим, поскольку выборы в органы местного самоуправления показали, что РПА сама по себе находится в очень плохом положении, и их подушка безопасности неспособна долго продержаться.
Возвращением Царукяна Серж Саргсян пытается восстановить буфер между властью и обществом, и не случайно, что оценки членов ППА относительно этого возвращения становятся более предметными именно после выборов в органы местного самоуправления, поскольку они в первую очередь для властей показали необходимость возвращения Царукяна. Еще окончательно решение не было принято, но, по всей вероятности, проблема в настоящее время преимущественно находится в технической стадии.
Не исключено, что окончательное решение может быть принято в контексте предстоящего сегодня визита Путина в Ереван. Речь идет не о том, что Серж Саргсян с Путиным будет обсуждать вопрос возвращения бывшего председателя ППА. Просто в ходе визита Путина Серж Саргсян для себя попытается уточнить внешнеполитические и внутриполитические перспективы, и в их контексте также наиболее ясным для него будет востребованность фактора Гагика Царукяна с точки зрения логики решения проблем, существующих в этих перспективах.
