Руководитель парламентской фракции РПА Ваграм Багдасарян в Национальном Собрании в ходе обсуждения изменений в Избирательный кодекс РА в своем выступлении, комментируя выборы в ОМС, в частности, известное скандальное избрание мэра Ванадзора, по сути, раскрыл суть модели парламентского управления – согласно властям.
Ваграм Багдасарян заявил, что объединившиеся вокруг кандидата от партии «Светлая Армения» три партии не учли точки зрения своих членов из списка в Совет старейшин, а эти люди не для того вписались в партийные списки, чтобы за одну ночь было принято решение объединиться. Таким образом, Багдасарян рассекретил то, что РПА в оппозиционные партии внедрила членов своей команды или же лиц, находящихся под ее контролем. Причем, вся проблема в том, что это – факт. Неизвестно, в частности о какой партии идет речь, но факт, что как минимум четверо лиц находились под контролем РПА. Причем, даже неизвестно, было ли их именно четверо, а не, скажем, вдвое больше, и которых попросту не использовали в своих планах. Здесь, безусловно, ответственность несут оппозиционные партии, которые, фактически, в свои списки включили людей, которые и ненадежны, и неуправляемы. Однако, с другой стороны, эта реальность крайне относительная в стране, где нет справедливости и равноправия. Потому что в таком случае власти становятся и судом, и законом. А в этом случае власти могут найти уязвимые точки практически у каждого, и сообразно этому контролировать или подчинить себе почти любого.
И вот здесь политическая оппозиция всегда будет терпеть поражение, если попытается именно на этом поле – поле количественном – оказывать властям сопротивление. Однако это проблема существенных трансформаций на поле оппозиции, но это иной вопрос – важный, но иной. В данном случае РПА фактически с парламентской трибуны ясно говорит, что «эти парни» вписали свои имена в списки иных партий не ради объединения за одну ночь, потому что они – люди дела, и дела конкретного. В этом, конечно, все убедились, а сейчас уже почти всем ясно, по какой модели РПА представляет парламентское управление и постепенно организовывает его – начиная с уровней выборов в ОМС.
Роль партий, конечно, повышается, когда внедряется модель парламентского управления, однако параллельно этой роли, по всей вероятности, повысится и объем представленности в этих партиях так называемых «легионеров», которые в «час икс» данной игры начнут играть уже не со своей де-юре командой, а будут играть со своей де-факто командой против команды де-юре. Причем, когда Ваграм Багдасарян с парламентской трибуны заявляет об этом во всеуслышание, это означает, что проведенный на уровне выборов в ОМС «тест» прошел почти без сучка, без задоринки, и РПА на практике убедилась, что оппозиционные партии попросту бессильны против подобной тактики.
В подобной ситуации ясно, что для Республиканской партии абсолютное большинство в данный период излишне. Большинство растворяется на так называемой политической арене, то есть, это большинство повсюду, а не сгруппировано. Причем, «шарм» этого большинства для РПА заключается в том, что с одной стороны есть воспроизводство, а с другой – нет централизованного большинства, которое несет ответственность за это воспроизводство.
Фото: Photolur.
