То, что сегодня происходит в Армении в виде различных действий, в которых явным образом преобладает логика обеспечения сильного предвыборного социального эффекта, вовсе не является реформами. И здесь вопрос вовсе не в том, верим ли мы или верит кто-либо в эти изменения, искренность новых шагов, их долгосрочность или нет. Здесь проблема в самих реалиях, которые не могут считаться реформами. Снижение тарифов на газ и электроэнергию это прекрасно и приветствуемо.
Точно также приветствуемо также и решение направить в госбюджет все суммы за измерители скорости, видеокамеры, красные линии. И подобные решения, несомненно, приветствуемы, здесь нет никакой проблемы. Проблемы нет и в том, что все это еще не реформы, вовсе не реформы. Все это всего лишь кризисное управление, которое осуществляют Серж Саргсян и Карен Карапетян для того, чтобы остановить падение ситуации в пропасть. Реформы – это скорость, условно говоря – нажатие педали газа, движение вперед, ускорение, или как обратился Карен Карапетян к представителям сферы ИТ – «переворачивание мира».
Дело в том, что в настоящее время и речи нет о том, чтобы перевернуть Армению, а реформой и будет именно это. Если Армения не «переворачивается», то не может быть и речи о реформах. В настоящее время власти переворачивают финансовые потоки, из своих, так как сказать, частных карманов перемещая их в государственный карман. Опять же дело, как сказал бы народ, но не реформы, потому что реформы будут предполагать системные пересмотры не только в законности, действиях структур власти, но также и в тех ценностях, которые власти согласно философии своего управления, вольно или невольно, прямо или косвенно преподносят обществу.
А в этом смысле власти Армении пока преподносят главным образом советские, евразийско-российские цивилизационные, культурные ценности, подходы, взгляды, образ действий. Реформы никак не могут не предполагать всего этого, а так как пока всего этого нет, речь может идти всего лишь о том, чтобы поставить ногу на педаль тормоза в существующей системе мышления и культуры, и о попытке остановить падение или неуправляемый ход.
Удастся ли после этого действительно перейти к стадии торможения, и предпринять реальные реформу, то есть, изменить не только правила игры, но также и общество с его образом мышления и системой ценностей, модернизировать их, либерализовать? Это – самый большой вопрос, который существует на сегодняшний день и вопрос безответный, так как кризисное управление осуществляется без философии управления, ясной и принципиальной подачи нового видения цивилизационных ориентиров.
