В Армении праздничное настроение постепенно угасает. Причем, в этом году заметно угасает намного раньше и сравнительно быстрее, что, вероятно, обусловлено тяжелым социально-экономическим положением, что в свою очередь и заставляет граждан больше думать об экономических вызовах в новом году, нежели о праздничных тостах.
Тем не менее, за праздничными столами, без сомнения, было выпито много тостов, в том числе и за экономические успехи. В конечном счете, обществу Армении по этой части ничего иного не остается, так как граждане Армении и не слышали и не слышат иных слов, обещающих экономические перспективы ни от правительства, которое ответственно за экономическую политику, ни от парламентского большинства и президента, которые ответственны за состав правительства. В конечном счете, для Сержа Саргсяна и всей системы власти, для главы правительства Карена Карапетяна и всей властной свиты выступления ничем не отличаются от тостов. И если это так, то общество намного лучше них и более искренне может произносить тосты для себя самого.
Правительство, власти существуют не для того, чтобы произносить тосты, а для осуществления конкретной экономической политики, что, однако, пока не ощутимо, не существует. И в этом смысле, чувством, присущим 2017 году, конечно, будет тревога, потому что никто не знает, что делать, а те, которые знают, то их действия не имеют никакого отношения к тем людям, то есть, к рядовым гражданам Армении, которые больше всего нуждаются в том, чтобы что-то сделать, для которых какие-либо действия являются острой необходимостью.
Так, Армения после праздничных дней переходит к суровым будням с противоречивыми чувствами, по большому счету, оставляя впечатление кого-то, кто стоит на большом пути в полной растерянности, и перед которым действительно простираются многие пути и неопределенность, которая, однако, не имеет самого главного – ответа на тот вопрос, что именно он хочет от жизни и путей вообще.
Для 2017 года правительство установило показатель экономического роста в 3.2 процентов. Если удастся обеспечить этот показатель, то, по сути, получится, что он будет много меньше, чем тот, который, тем не менее, по официальным данным был зафиксирован в прошлом году. То есть, правительство запланировало регресс.
Конечно, весьма вероятно, что запланированное – всего лишь маленькая хитрость, когда планируются низкие показатели, чтобы потом заявить, что установленный показатель перевыполнен. Однако, конечно, проблема не в этом, а в том, что в Армении все сконцентрировано на показателях, тогда как показатели должны быть всего лишь отражением тех мыслей, мечтаний, идей, которые должны рождаться в коридорах власти и общества, которые должны являться источником энергии экономической политики года. И самая главная, самая ключевая проблема, по сути, состоит не в том, чтобы устанавливать низкие показатели, мизерные перспективы, планки, а в том идеологическом вакууме, в котором оказалось общество Армении, отсутствие идеологических, ценностных стимулов, отсутствие армянской мечты или идеи, та сила и вера, которые были у Мюнхгаузена, когда он из болота вытаскивал сам себя за волосы месте со своим конем. Мюнхгаузен был немецким героем, и сегодня мы видим жизнь Германии, где проживали свою свои жизнь подобные герои.
Нам не хватает тех героев, которые вдохнуть жизнь в Армению, наделят энергией, наделят потоком идей, прием такой поток, перед которым не сумеют построить ни одну дамбу даже власти – последовательные апологеты идеологической засухи.
