Оппозиционные политические деятели и политологи Арцаха фактически отказываются говорить о внутриполитических развитиях в НКР, говоря, что все решается в Ереване. Их оценка, к сожалению, близка к действительности, и, например, нет сомнений в том, что вопрос выдвижения в третий раз Бако Саакяна на должность президента решался в Ереване – на уровне Сержа Саргсяна.
Это обстоятельство ставит под сомнение право НКР на наличие собственной политики, и вообще дискредитирует политическую систему и властей второй армянской республики.
То, что Армения и Арцах являются частью одной системы, идея о единой родине не должна была привести к деградации в государственной и политической жизни в НКР. В особенности в вопросах внутренней политики, формирования общей армянской повестки и урегулирования Карабахского конфликта власти и общество Арцаха должны иметь подчеркнутую субъектность, собственную точку зрения, волю и решимость в ее продвижении.
С точки зрения международного восприятия Карабахского конфликта, верховенства идея о праве на самоопределение адекватно не воспринимаемся политика по снижению субъектности Арцаха, которая велась со стороны второго и третьего президентов Армении – Роберта Кочаряна и Сержа Саргсяна. Если президенты Армении родом из Арцаха, то это не дает им политического, юридического, морального права отождествлять себя, свою персону с Арцахом – ценой того, чтобы ставить под сомнение его субъектность. Эта авантюра Роберта Кочаряна привела к тому, что после 1998 года Арцах был вытеснен из переговорного процесса, что неизбежно привело к трансформации формата конфликта, искажению его содержания.
Когда Армения от посредников, международного сообщества требует вернуть Арцах в переговорный процесс, утверждая, что без его полноценного участия в переговорном процессе невозможно и полноценного урегулирования конфликта, однако государственную и политическую жизнь НКР полностью подчиняет системе Армении, то международные требования Еревана теряют свою легитимность – даже не удостаиваясь серьезного обсуждения.
Арцах не является собственностью ни Роберта Кочаряна, ни Сержа Саргсяна, он принадлежит тому народу, который живет на этой земле, который имеет право самостоятельно формировать власть и решать свою судьбу.
Фото: Photolure.
