После кровавых криминальных инцидентов в Эчмиадзине и в особенности в Ереване, все говорят о Владимире Гаспаряне. Все, кому не лень, делают суждения о деятельности армянской полиции и ее руководителе. С одной стороны, это естественно, потому что если криминальное отребье настолько обнаглело, что при свете дня устраивает «Сицилию» в сердце Еревана – в нескольких метрах от здания правительства, то в первую очередь мишенью для критики должны оказаться правоохранители, бюджетные отчисления которым, кстати, с каждым годом растут – в отличие от сфер образования и здравоохранения. С другой стороны, когда система полностью криминализирована, полиция не может действовать по диаметрально противоположной логике, философии, тем более, когда на протяжении лет профессиональная, легальная функция этой службы была в подчинении политической функции, следовательно, изменились мишени деятельности полиции. Когда возникает проблема политической ответственности, то вместе с Владимиром Гаспаряном или даже раньше него – через этот процесс должны пройти первые лица во власти, преступная деятельность или не настольно же преступная бездеятельность довела до подобной криминогенной ситуации. До недавнего времени полиция играла роль даже «скорой помощи», когда вследствие бездеятельности иных государственных органов граждане, например, перекрывали дорогу или организовали акции протеста. Сегодня, когда государственная система не может контролировать ситуацию, вследствие внутрисистемного дисбаланса или внутренней криминализации, под развалинами криминального бума оказывается вся страна, в том числе и полиция.
Однако кроме профессиональной или интернетовской любительской критики, весьма существенно то, какой политический контекст формируется вокруг персоны Владимира Гаспаряна, потому что он, по сути, является одним из основных символов незыблемости власти Сержа Саргсяна и, например, в 2014-16гг был основным актором осуществленных Сержем Саргсяном системных фильтраций, по большому счету – оставив вне игры Гагика Царукяна, Овика Абраамяна – ту ось, которая могла стать препятствием для осуществления планов Сержа Саргсяна в 2018 году.
Конечно, времена изменились: сегодня Овик Абраамян не может даже вопрос мэра Арташата, а Гагик Царукян стал «голубем мира» — тихо и мирно сосуществуя с Сержем Саргсяном, также не забывая о своей «давней дружбе» с Кареном Карапетяном.
Распространяется ли «акт примирения» Сержа Саргсяна и Гагика Царукяна также и на Владимира Гаспаряна, или же в связи с начальником Полиции у Саргсяна нет планов в 2018 году, и все оставлено на волю обстоятельств и аппаратного таланта В. Гаспаряна? На вопрос о том, не хотят ли они на фоне криминальных событий последних дней потребовать отставки начальника Полиции Армении Владимира Гаспаряна, секретарь парламентской фракции блока «Царукян» Ваге Энфиаджян в ходе вчерашнего брифинга ответил: «Если ситуация выйдет из-под контроля, станет неуправляемой, тогда мы, конечно, можем поставить такое требование».
Очевидно, что ситуация для команды Царукяна, мягко говоря, не может «выйти из-под контроля» или стать «неуправляемой» так долго, пока системным консенсусом является Серж Саргсян, или как минимум до тех пор, пока не нарушены договоренности Саргсян-Царукян. Мы, несомненно, всего лишь можем делать общие предположения – без определенных утверждений, однако то обстоятельство, что даже при наличии удобного случая блок «Царукян» не отрывает «закрытую книгу» конфликта Царукян-Гаспарян, подсказывает, что, что у Владимира Гаспаряна все есть не выполненная миссия. Речь идет о более значительной миссии, нежели его формальные полномочия. В процессе системных фильтраций никто не может быть для Сержа Саргсяна более эффективным, чем Владимир Гаспарян, а трансформация системы еще не приблизилась к своей завершительной точке.
