Или общество привыкло к уже готовящимся или совершенным террористическим, или иного рода вооруженным действиям в Армении, или общество продолжает воспринимать их опасность с недостаточной серьезностью и сведения о них прежде всего пропускать через призму негативного, отрицательного отношения к властям и их нелегитимности, следовательно, начинает относиться к этой информации со скептицизмом. Так или иначе, вчерашнее заявление СНБ о планируемом теракте не вызвало в Армении особого переполоха, напряженности, тревоги. А заявление СНБ касалось некоего Р. К., который является гражданином США и проживает там, и который посредством фейкового профиля в соцсети вербовал сообщников, с целью дестабилизации ситуации в Армении, запугивания населения республики, формирования атмосферы страха. Заявляющая об этом СНБ также заявила, что обратилась к американским правоохранителям – с целью обнаружения и ареста обвиняемого в преступлении. А в Армении разыскивают его сообщников.
Остается следить за правовой стороной дела, проявляя внимательность в отношении каждой содержательной мелочи, так как проблема имеет и большое политическое значение – исходя из значимости нынешней внутриполитической, внутривластной стадии, а также и из того обстоятельства, что, фактически, в развитие событий официально вовлечена и правоохранительная система США. После заявления СНБ и пресса, и эксперты почти сразу же начали сравнивать ситуацию с имевшими место в Армении за последние два года как минимум тремя подобного рода резонансными делами, проводить с ними параллели – в первую очередь, конечно, по части исключительно политических аспектов, мотивов, фона и влияния. Речь идет о деле вооруженной группы Норк-Мараша, «Сасна Црер» и захвате полка ППС, Самвеле Бабаяне и деле «Иглы», и вот четвертое – новое дело.
Были сделаны и, вероятно, будут сделаны анализы, сравнивающие, указывающие на различия или сходства комментарии. Их, вероятно, возможно дополнить еще одним, который говорит, скорее, об общности. Все три предыдущих события, представляющие собой для правительства вызовы различной степени сложности, имели одно общее, так сказать, влияние: результатом всех из них были перестановки в правительстве, некоторые изменения, которые в свою очередь вели к укреплению позиций Сержа Саргсяна. Трудно сказать, здесь лучше играл в «шахматы» Серж Саргсян, или хуже «играли» те, кто планировал форс-мажорные процессы.
По крайней мере, как после раскрытия группы Норк-Мараша, которое предшествовало конституционному референдуму, как после захвата здания полиции, которое происходило на фоне Апрельской войны и де-факто «пост-потрясений» от нее, так и в контексте «Иглы» было выдающимся, что Серж Саргсян смог уйти от всех этих проблем, укрепив свои позиции в системе власти, и, как правило, такие инциденты приводили или к публичным увольнениям и чисткам, вплоть до увольнения Овика Абраамяна, который в структуре власти, возможно, был единственным жизнеспособным чиновником, который мог быть конкурентом планов Сержа Саргсяна, либо просто изменил, так сказать, соотношение властей.
И вот в случае этих прецедентов, сейчас возникает вопрос о том, какие изменения внутри власти приведет обстоятельство объявления о раскрытии террористического акта в преддверии весны 2018 года. После рамочного соглашения Армения-ЕС мы предвидели, что, завершая определенный период внешней политики, Серж Саргсян активно вернется во внутреннюю жизнь страны. Это произошло – в речи в ССС, речи перед представителями системы местного самоуправления, ключевое изменение в Генеральном штабе. Мы также задали вопрос, что будет продолжением? Этот вопрос, возможно, становится более актуальным и срочным после заявления СНБ об угрозе теракта или раскрытия его планирования.
Во властной, правящей системе, кому «дорого» обойдется очередное разоблачение, и в каком проявлении – увольнением, лишением наград или более того – уголовного преследования? Наконец, стоит упомянуть еще об одной общности, в данном случае, конечно, общности не для Сержа Саргсяна или власти, а для государства. Дело в том, что, к счастью, во всех случаях государство было избавлено от серьезных потрясений и разрушительной дестабилизации, что имело бы катастрофические последствия, учитывая разнообразие внешних проблем. Это, конечно, результат не только действий властей, но и результат здравомыслящего подхода общества, имеющего очень неудовлетворенное отношение к властям, однако внутри государства и государственности, тем не менее, имеющего очень тонкое чувство, осознание или подсознание.
