Серж Саргсян завершил свое выступление в ПАСЕ, которое прозвучало через пять лет после предыдущего. Причем, начало и конец этой пятилетки были весьма примечательными не только в том смысле, что Армения в 2013 году практически провалила ключевой проект сотрудничества с ЕС, а в 2017 году сумела добиться хотя бы минимального восстановления и подписания соглашения. Пятилетка примечательна и в том смысле, что включает и вторую пятилетку президентства Саргсяна, и в настоящее время ключевой вопрос, который связан как со внутренними, так и внешними отношениями Армении, перспективой государственной политики, заключается в том, останется ли Серж Саргсян верен своему слову об отсутствии впредь претензий на статус главы государства, или нет?
Главная интрига его выступления в ПАСЕ заключалась, пожалуй, именно в этом, что, однако, в контексте выступления продолжило оставаться в рамках неопределенности. Конечно, в принципе ясно, что ПАСЕ – вовсе не тот орган, которого будет особо интересовать постпрезидентский план Сержа Саргсяна, однако, тем не менее, эта трибуна должна была отразить определенное поле зрения Сержа Саргсяна в плане обозримого будущего.
В этом смысле выступление Сержа Саргсяна практически не имело большого поля зрения. Выступление произвело двоякое впечатление. Саргсян с одной стороны представил ПАСЕ довольно тонко завуалированные обвинения, напомнив о позорной истории с икорной дипломатией, а также и о некоторых вердиктах ЕСПЧ, которые тем или иным образом касались Карабахской проблемы, так как были вынесены по искам граждан Азербайджана – против Армении. Серж Саргсян заявил, что ЕСПЧ должен быть осторожен в таких вопросах – чтобы не создавать проблем для мирного урегулирования.
В то же время Серж Саргсян, конечно, тактично намекнул на свой успех, сказав, что после вступления Армении в ЕС в Европе многие были преисполнены скептицизма в вопросе Армении, но она доказала, что можно, будучи членом ЕАЭС, также подписать соглашение и с Евросоюзом и быть в этом плане моделью для подражания. Иными словами, Серж Саргсян практически с довольно тонким подтекстом «поквитался» с ПАСЕ, но не хлопнув дверью, а оставив ее полуоткрытой, и заявив, что ПАСЕ нуждается в модернизации, переосмыслении, и Армения готова участвовать в этом процессе.
Это, пожалуй, самое ключевое обстоятельство в выступлении Сержа Саргсяна, довольно смелое и значимое обстоятельство, присущее государству, которое рассматривает ПАСЕ не гостями, а домом, судьбу которого непосредственно ассоциирует с собственной судьбой. И это, без всякого сомнения, приветствуемая позиция как в политическом, так и в цивилизационном плане, ответственная и амбициозная политика. И это, по сути, становится примечательным в конце пятилетки второго президентского срока – одновременно, конечно, вызывая и вопрос: не намекает ли Саргсян на то, что в конце этой пятилетки он готов к началу новой, и не рассматривается ли это в контексте процессов, связанных с его постпрезидентским статусом, или же заявление Саргсяна о переосмыслении ПАСЕ не имеет прямого отношения к этому статусу, и этот подход Армении в связи процессом модернизации и переосмыслении ПАСЕ – как минимум провозглашение о такой необходимости является частью постпрезидентских планов Сержа Саргсяна, хотя пока и неясно, в каком именно статусе.
С другой стороны, это заявление Армении весьма примечательно на фоне того, что Серж Саргсян отправился в Страсбург из Парижа, где накануне провел встречу с президентом Макроном, и в этом смысле любопытен еще один вопрос – а не является ли армянская инициатива о модернизации ПАСЕ практически или де-факто франко-армянской инициативой, озвученной Сержем Саргсяном?
