Пресс-секретарь РПА, вице-председатель Национального Собрания Эдуард Шармазанов заявляет, что РПА, как серьезная политическая сила, все в свое время обсуждает, следовательно, и вопрос премьер-министра будет обсужден своевременно. Вопрос, несомненно, в том, кто же решает это время, потому что в этом смысле пресс-секретарь РПА, казалось бы, вступать в некоторые противоречия. Он заявляет, что вовсе нет никакой неопределенности, поскольку Армения – страна с парламентским управлением, следовательно, общество год назад 2 апреля отдало свой голос РПА, а вопрос премьер-министра в этой модели уже не является решающим – в Армении управление в руках не отдельной личности, поскольку парламентское управление – коллегиальное управление, а премьер-министр может быть сменен в любую минуту.
Безусловно, это так и есть, и здесь нет никакой проблемы – в смысле классической политологии. Но в этом случае возникает вопрос: если Армения совершает переход к парламентской, то есть коллегиальной модели госуправления, где вопрос отдельного лица действительно не является решающим, то каким образом в рамках этой логики может существовать логика «незаменимости» Сержа Саргсяна, которую продвигает та же самая политическая сила, представитель которой говорит о коллегиальном управлении и о том, что роль личности в этой модели не решающая и не фатальная.
Дело в том, что Республиканская партия сама по себе фатализирует роль личности Серж Саргсяна, заявляя, что никто не может его заменить, никто не может, как он, в важнейших внутриполитических и внешнеполитических вопросах, в вопросах обороны сориентироваться так, как он, никто столько не знает, как он и так далее. И это заявляет политическая сила, готовящаяся к коллегиальному управлению, политическая сила, объясняющая обществу особенности парламентской системы. Эта сила говорит, что есть человек, который незаменим. А некоторые представители РПА приблизились вплоть до таких заявлений, которые пока, к счастью, звучат только в России, где один из руководителей Госдумы, например, может заявить, что «нет Путина, нет и России».
В Армении пока не заявляют, что нет Сержа Саргсяна, нет и Армении, но, например, вице-председатель РПА, депутат Галуст Саакян говорит, что он и не думал о том, что Серж Саргсян может не стать премьер-министром. Если Галуст Сакян еще немного продолжит в том же духе, то в преддверии апреля недалеко и то, что и в Армении существование государства станут напрямую связывать с властью Сержа Саргсяна. Мягко говоря, не могут быть сопоставимы коллегиальная система управления и незаменимость одного лица, причем, не только премьер-министра, но и даже его незаменимость в должности председателя данной правящей партии.
В конце концов, серьезная политическая сила не только своевременно обсуждает все вопросы, но также имеет и несколько жизнеспособных лидеров и деятелей, способных полноценно управлять государством. Причем, в это и заключается особенность серьезной политической силы, что она не зависит от какого-либо «незаменимого» лидера. В обратном случае говорить о серьезности данной политической силы было бы. Мягко говоря, преувеличением. Тогда как РПА пока занята только одним серьезным делом – трубя во все трубы о незаменимости Сержа Саргсяна. Хотя из всего этого получается, что Республиканская партия эти заявления делает больше для себя, нежели для общества. Потому что общество, в конце концов, уже сделало свой так называемый выбор, как говорят сами республиканцы – 2 марта дав этой партии большинство в парламенте.
Следовательно, и не должна быть необходимость в том, чтобы убеждать общество – кого именно это большинство назначит премьером. Следовательно, Республиканская партия, по всей видимости пытается убедить саму себя в том, что кроме Сержа Саргсяна никого не назначит премьер-министром. Следовательно, это в свою очередь означает, что партия, тем не менее, чувствует такой риск, такую опасность, у нее есть такие сомнения или опасения, что, например, Серж Саргсян имеет такие сомнения и Сержа Саргсяна пытаются убедить, что всецело преданы ему.
В любом случае, эта ситуация говорит не о серьезной политической силе, а о силе, имеющей серьезные внутренние проблемы. Хотя и это, пожалуй, является умело разработанной стратегией – показать, что лучше уж штурвал власти останется в руках одного человека, нежели имеющей серьезные проблемы коллегии. Весь вопрос, однако в том, что в режиме реальной политики это обстоятельство для Армении чревато серьезными трещинами и кризисом, потому что, в конечном счете, речь будет идти или об утвержденном вопреки Конституции авторитаризме, или этот человек, рано или поздно окажется во власти этой несерьезной коллегии. Причем, наиболее вероятен второй вариант, поскольку у Армении нет долгосрочного экономического ресурса или ресурса безопасности для авторитаризма. Следовательно, в Армении в глубинном смысле проблема в действительности не в премьер-министре, а в этом большинстве.
