«Тренд» провластных кругов о незаменимости Сержа Саргсяна в самых разных кругах общества был удостоен вполне здравой реакции и вопросов. Их коллективный смысл заключается в том, что в действительности для государства и государственности это является катастрофой, если все дальнейшие вопросы и управление, даже в рамках все той же правящей партии, зависят от одного человека и он незаменим. Однако с другой стороны эта ситуация, несомненно, имеет несколько определенных аспектов, которые достойны более взвешенного рассмотрения. Прежде всего, само собой понятно, что незаменимость Саргсяна – проявление скорее властного инстинкта, нежели сознания. В любую следующую секунду, если Серж Саргсян каким-либо образом намекнет, что некий «икс» может его заменить, от его незаменимости ничего не останется, и то же самое правящее большинство будет утверждать совершенно обратное – незаменимых людей нет.
В этом смысле данный «тренд» нужно рассмотреть, пожалуй, и с этой точки зрения. Другой и, пожалуй, более ключевой аспект заключается в том, что «незаменимость» нужно рассмотреть в широком контексте. А это уже действительно проблема в армянской политической действительности, которая должна стать предметом общественной тревоги. В данном случае под понятием незаменимости не нужно подразумевать качественные восприятия, то есть – хороший или плохой, талантливый или бездарный. В данном случае проблему надо рассмотреть в контексте политической ответственности, что находится вне контекста исключительно «быть или не быть», «оставаться или не оставаться» или «стать или не стать».
В политическом поле Армении есть вакуум политического масштаба и глубины, ответственности и способности к содержательному партнерству. Серж Саргсян в этом вопросе вовсе не самый безответственный, но хотя бы властны статус заставляет его находится на некой минимальной степени ответственности – в рамках отношений с различными силовыми центрами международной политики. Условия конкуренции в Армении, безусловно, неравные, но это не может быть оправданием отсутствию политического масштаба, содержания и ответственности. А политика не может законсервироваться в рамках всего лишь внутренних социально-правовых проблем и длящейся и повторяющейся на протяжении двух десятилетий политической декларации о «преступной власти», когда ее носители, авторы и чтецы полностью избегают того, чтобы выступать с ответственными позициями в касающихся Армении внешнеполитических вопросах, концептуальных вопросах безопасности, в том числе и в Арцахском вопросе. Это вовсе не может означать, что в случае наличия таких сил и их деятельности Серж Саргсян не только не будет рассматриваться как «незаменимый», а может даже самым реальным образом быть поставлена задача смены власти. Вовсе нет.
Но состоящая и субъектов-носителей ответственности политика имеет совершенно иное международное восприятие, следовательно, тот же Серж Саргсян из-за своей власти и планов в международных аргументах удостаивается совершенно иного приема, более строгого «экзамена» и рассмотрения, нежели в настоящее время, когда целая политическая арена целого государства практически отказалась от того, чтобы заниматься политикой как во внешнем, так и внутреннем смысле этого слова, и сконцентрировалась на всего лишь ретроспективных декларациях. Проблема именно в том, вне дилеммы исключительно премьерства, которая в действительности имеет опустошительное качество в преддверии не только текущего апреля, но, пожалуй, также и целой вереницы других апрелей.
