Премьер-министр будет избран большинством голосов от общего числа депутатов, то есть необходимо 53 голоса «за». Выборы первого лица государства состоятся 17 апреля, хотя РПА, которая даже без семи мандатов коалиционного партнера АРФД может спокойно избрать премьер-министра, упорно официально не рассекречивает имя своего кандидата. В этом вопросе интриг, конечно, нет, потому что они теоретически возможны только в случае многополярности власти.
С точки зрения интересов власти Армении может и не однородны, но системные столкновения происходят на так сказать вторых, третьих уровнях, и не грозят целостности команды или ее внешнему единству. Более того, самым большим статус-кво действующей системы является сам Серж Саргсян, который обеспечивает стабильность власти. Речь конечно, идет не о той стабильности, которая присуща демократическим странам, основой которых являются отношения власть-оппозиция или власть-общество.
В контексте всего этого многие недоумевают – почему о премьерстве Сержа Саргсяна не заявляется до последней минуты – тем более, что в РПА нет ему альтернативы, а у оппозиции нет никакого шанса на победу, теоретически даже при наличии идеального кандидата. В этом вопросе искать интриги, мягко говоря, бессмысленная трата времени: таков «характер» авторитарных властей – принимать решения в среде некоторой пресвдоинтригованности. Этим самым они, по всей видимости, пытаются заполнить политический вакуум, а также создать иллюзию того, что принципиальные решения принимаются не одни лицом, а в результате определенных институциональных отношений.
Например, Путин – явным образом был единственным вероятным кандидатом в президенты России, но он в декабре принял свое «трудное» решение в последний момент. Ту же тактику применяет и Серж Саргсян, и он вовсе не уникален в этом вопросе, потому что авторитаризм и вождизм предполагают такой образ действий, который решает сразу несколько задач. В авторитарных системах власти, как правило, не имеют рациональной повестки, и по возможности консолидируются в случае опасности потерять имеющееся. Неопределенность и тревога – те факторы, которые еще больше консолидировали вокруг Сержа Саргсяна различные сегменты власти Армении, потому что его возможный уход произведет эффект «землетрясения», из-за которого оказавшаяся под руинами система, по всей видимости, не имеет ресурса, чтобы «прийти в себя». Системное чувство страха и неопределенности и породило политический стереотип о незаменимости Сержа Саргсяна – тем более, что власти никак не могут свыкнуться с привезенными «из-за кордона» личностями (Карен Карапетян, Армен Саргсян).
С другой стороны, своей паузой Серж Саргсян разряжает так называемую «революционную» энергию радикальных слоев общества и оппозиции: если есть хотя бы даже кажущаяся интрига, некоторым оппозиционным силам кажется, что они могут влиять на ее развязку. Вопрос нового премьерства в действительности лишен какой-либо содержательной интриги, и сильно смахивает на крайне предсказуемые судебные акты Армении, когда судья все еще находится в совещательной комнате, но уже всем известно содержание выносимого приговора. В данном случае в «совещательной комнате» находится Серж Саргсян, который выйдет оттуда с целью огласить собственное имя.
